– Да бросьте, – произнес он настойчиво, когда противник начал приходить в себя. – С вами все в порядке. Всего лишь маленькая досадная случайность. Возвращайтесь в хижину, как будто ничего было.
Карл сел с отупевшим видом. Сознание возвращалось к нему постепенно. На мгновение могло показаться, что он намерен возобновить драку. Но что-то во взгляде Льюиса – холодный неяркий блеск, противоречивший его мирным речам, – погасило пыл швейцарца. Он встал и побрел в хижину.
Минутой позже вернулся и Льюис. Вскоре чайник вскипел, и на столе появился кувшин с дымящимся какао. Каждый выпил по чашке горячего напитка. Сильвия отводила глаза и была напряженной и подавленной. Эдлер молча лелеял свои обиды, сидя у окна. Профессор устроился у огня, завернувшись в одеяло, его промокшая одежда кучей лежала рядом.
Вдруг он сильно чихнул. Затем, доставая сырой носовой платок, громко пожаловался:
– А я-то думал, что в это время буду уже в Швейцарии. Из-за этой беготни среди сосулек у меня начинается исключительно неприятная простуда. – Он сделал паузу. – Мне необходимо принять ванну с горчицей. Вот только у меня нет ванны и, разумеется, нет горчицы. Боже мой! Боже мой! Ваше какао изумительно, Льюис. Но я отдал бы что угодно за одну лишь капельку виски!
Льюис попытался подбодрить старика:
– Не унывайте, профессор. Бесполезно падать духом только из-за того, что первая попытка не удалась. Мы должны взять себя в руки и найти правильное решение.
– Вот и найдите решение, раз вы такой умный, – сказал Карл, отводя руку от своей припухшей челюсти.
– Ай-ай-ай, мой добрый Карл, – упрекнул его профессор. – Умоляю вас, не спешите с суждениями. В конце концов, наиболее пострадавшая сторона здесь я. Быть беглецом и без того плохо. Но быть беглецом, подхватившим инфлюэнцу, – апчхи! – чрезмерно для этой смертной плоти.
– Веселитесь? Да вы самый веселый человек из всех, кто когда-либо приезжал к нам из Гейдельберга. Но это долго не продлится. Мы можем здесь оставаться еще пару дней, не больше. А потом они придут сюда за нами – я знаю это так же твердо, как то, что моя фамилия Эдлер.
И вдруг в тишине, наступившей после его слов, раздался громкий стук в дверь. Все четверо насторожились. Льюис крикнул:
– Кто там?
Стук повторился. Льюис шагнул к двери и открыл ее. Порывом ветра в хижину внесло двух человек. Льюис вскрикнул от неожиданности. Это были его сестра Конни и Стив Леннард.
– Вот это да! – В этот возглас Конни вложила всю силу долго подавляемого сестринского негодования. – Ну ты даешь, Льюис Меррид! Уйти вот так, не сказав ни слова! Мы не поверили, что эту записку написал ты. Подумали, что тебя забрали нацисты…
Карл, наблюдавший за новыми гостями, раздраженно насупившись, внезапно перебил ее.
– Кто эти люди? – спросил он у Льюиса.
– Моя сестра… и старый друг.
– Откуда они узнали, что мы здесь… в этой хижине?
На вопрос ответила Конни:
– Владелец гастхофа сказал, что мы можем найти вас здесь. Он разговорился… после того как Стив с ним немного поработал. Но, Льюис, это ты должен объяснить…
Несколькими скупыми фразами Льюис ввел их в курс дела. Когда он закончил, Конни порывисто повернулась к Сильвии:
– Очень вам сочувствую, дорогая. Я понятия не имела. Жаль, что вы не рассказали нам все это в поезде. Мы приложили бы все силы, чтобы помочь.
Стив с озадаченным видом разглядывал профессора.
– Мы с вами раньше нигде не встречались? – спросил он. – Ваше лицо кажется мне очень знакомым.
– Нет, мой дорогой юноша, не думаю, что мы встречались.
– Забавно, но… Впрочем, ладно, это ерунда. Льюис, давай-ка послушаем, что у тебя на уме.
Льюис на мгновение сдвинул брови.
– Вот как мне это видится, – начал он. – Из двух имеющихся вариантов мы попробовали один и потерпели неудачу. Это значит, что следует попробовать второй. На этом пути выше риск попасться, но меньше опасность того, что профессор сломает шею.
– Благодарю, мой дорогой мальчик, – скромно сказал профессор. – Меня трогает ваша забота о моих шейных позвонках.
Льюис продолжил:
– Нет смысла перемещаться всей толпой. Это слишком опасно. И перемещаться нам надо быстро. А значит, нужен автомобиль, и хороший. Вот мой план: вы с Конни нам поможете, Стив. Уедете отсюда как можно скорее, вернетесь в Вену. Это первое. В Вене вы раздобудете машину, очень мощную. На ней вы кружными путями доберетесь вот в этот городок на границе. – Порывшись в кармане, он достал карту, которую позаимствовал в гастхофе, и, развернув ее на столе, ткнул пальцем в точку на границе. – Вот он. Брейнтцен. Здесь мы с вами встретимся. Он всего в десяти километрах от Лахена – захолустный городок, где у нас есть шанс прорваться.
Стив стукнул по столу кулаком:
– Брейнтцен! Да будет вам известно, я знаю этот городишко. Это скорее деревня, а рядом, на мосту, пограничный переход. И вот еще что. У меня есть друзья в этом Брейнтцене.
Льюис кивнул, не отводя глаз от карты:
– Так еще лучше. Вы вдвоем доберетесь туда на машине, а мы – на санях или даже пешком, передвигаясь, когда стемнеет. Встретимся там в условленное время…
