Это была победа. И теперь Геля видела перед собой совсем другую Нелли. Очаровательную, но по-прежнему великолепную. Наверное, так должна была выглядеть какая-нибудь современная герцогиня или на худой конец графиня или баронесса. Величественно и чуточку отстраненно.
– Если можно, что-нибудь легкое, – попросила Геля. – Боюсь, что от волнения я не смогу толком поесть. И вообще, я не кушать сюда примчалась. Катерина сказала, что вы единственная, кто может ее спасти.
– Я? Но как?
– Она сказала, вы должны мне рассказать про доктора Карапетянова, старуху Изергиль и Петра Никодимыча. Рассказать все-все!
Нелли задумчиво смотрела на нее.
– Когда вы появились, я решила, что вы сумасшедшая. Потом я приняла вас за мелкую мошенницу. Но теперь я вижу, вас послала ко мне сама Катерина.
– А я что говорила!
– Никто, кроме меня и моей подруги, не может знать этих имен. Кто знал всю правду об этой истории, те уже давно не с нами.
– Это очень печально.
– Не перебивайте меня, пожалуйста. Лучше займитесь вашей едой.
Геля и не заметила, как перед ней появилась тарелка, полная самой вкусной на вид пастой, какую только можно себе вообразить. В ней были кусочки белой рыбы, морепродукты и даже красивая устрица нежно трепетала на самом верху, кокетливо маня крышкой открытой раковины, на которой был укреплен кружок лайма. Геля знала, что устрицу надо полить свежим соком, а потом быстро вылить массу себе в рот. Но это скользкое существо не вызывало у нее аппетита. А Нелли смотрела на них с устрицей с таким видом, словно бы пыталась окончательно решить, стоит доверять этой женщине или нет. И внезапно у Гели возникло ощущение, что Нелли загадала про себя: съест гостья устрицу, скажу все как на духу, нет – прощайте.
«Это просто устрица, – попыталась уговорить саму себя Геля. – По сути, большая мидия. Ты же кушала мидий в детстве на море».
И сама же себе ответила:
«Ела. Но сваренных в морской воде. Гадость первостатейная».
Нелли не сводила с нее глаз. И это уже начинало нервировать Гелю.
– Ешьте. Это вкусно.
Вспомнив, что времени у них в обрез, Саша не сможет удерживать Катерину дольше полутора часов, Геля быстро схватила раковину, а потом опрокинула ее себе в рот, и устрица сама собой скользнула внутрь. Это не было ни вкусно, ни еще как-то. Просто внутрь Гели проскользнул кусочек чего-то непонятного. Тут главное не жевать, вот что поняла Геля. Когда с устрицей было покончено, Геля взялась за пасту, которая не вызывала в ней никаких недобрых чувств. Она с радостью отметила, что взгляд Нелли окончательно оттаял. И если теперь она продолжала молчать, то лишь потому, что хотела собраться с мыслями.
Геля вовсю наворачивала ложку за ложкой, стремительно опустошая свою тарелку, а Нелли все медлила с рассказом.
Наконец она заговорила:
– Верочка давно заслуживала того, что с ней случилось, но Катерина не имеет к этой смерти никакого отношения. Если бы она хотела убить Верочку, то сделала бы это в тот момент, когда потеряла по ее вине своего мужа.
– Катерина была замужем?
Этой информацией Геля не располагала. А ведь Саша основательно покопался в прошлом не только Галины и Верочки, он и к Катерине в архив ее жизни заглянул. И никакого мужа там не наблюдалось.
Но следующая фраза поставила все на свои места.
– Они с Георгием не были расписаны официально, – сказала Нелли. – Но как часто случается, жили они даже более дружно и ладно, нежели супруги с законной печатью.
– И Верочка вознамерилась увести у Катерины ее Георгия?
– Нет, что вы! Он бы никогда себе такого не позволил. Георгий был человеком глубоко порядочным и к тому же верующим. Их брак с Катериной не был зарегистрирован в ЗАГСе, но зато они были венчаны перед Богом. Для них двоих это значило куда больше.
То, что Катерина каждый свой отпуск отправляется в паломничество по святым для православного человека местам, это Геля хорошо знала. Значит, муж Катерины тоже был верующим. И что же с ним случилось?
– По своей основной профессии муж Катерины был врачом-наркологом. Затем уверовал, стал прихожанином, принял сан, и митрополит назначил отца Георгия на особое служение, он поручил его попечению группу недавно излечившихся от алкогольной зависимости страдальцев. Ну, или почти излечившихся. Зеленый змий силен и коварен, человеку кажется, что все, больше он пить никогда не будет, а зеленый змий тут как тут. И снова несчастный попадает в его лапы. Помочь в таких случаях может лишь одно – вера в Бога и воцерковление самого человека. Участвуя в церковных таинствах, человек укрепляется духовно. Да и молитвенная помощь всей общины также тут бывает не лишней.
– Как верующий человек и врач, Георгий лучше прочих подходил для этого благого дела, – поддакнула Геля.
