— Зачем? Назови мне известных писателей магической Британии. Неважно — умерших или поныне здравствующих. Ну же, смелее!
— Гилдерой Локхарт, — без колебаний ответила Минни.
— Принято! Еще?
Профессор наморщила лоб, затем с нотками сомнения выдала:
— Ньют Саламандер.
— Не годится! — возразил я. — Он был ученым, а его труды и близко не являются художественной литературой… Больше вариантов нет? Тогда давай посмотрим, как обстоят дела у магглов? Уильям Шекспир, Чарльз Диккенс, Шарлотта Бронте, Артур Конан Дойль, Роберт Льюис Стивенсон, Редьярд Киплинг, Агата Кристи, Льюис Кэрролл. И это — лишь те, кто первыми приходит на ум, чье творчество известно и уважаемо во всем цивилизованном мире! А ведь существуют и другие, менее популярные авторы, которые, тем не менее, оставили значимый след в истории и сделали существенный вклад в умы англичан. Их многие сотни. Даже с учетом процентного соотношения популяции волшебников и обычных людей, статистика более чем удручающая, не находишь? А все потому, что в Хогвартсе детям не дают возможности развивать их творческие задатки. Мне больно подумать, сколько великолепных художников, музыкантов, поэтов так и не появилось на свет! Сколько ярких талантов оказалось погребено в школьной рутине, так ничем себя и не проявив. Согласись, Минни, год за годом наше заведение штампует обывателей. А ведь задача школы — не только научить ребенка обращению со своим даром, но и воспитать из него полноценную личность! Раскрыть его потенциал, помочь определиться, кем он хочет быть, и всячески содействовать развитию его творческой стороны. Именно поэтому я предлагаю ввести обязательный курс искусствоведения, на котором дети будут учиться видеть красоту мира и выражать ее с помощью подручных средств. Живопись, литература, музыка, скульптура, кино и многое другое — все должно быть попробовано учениками. Магия облегчит им работу, а живое детское воображение обеспечит море креативных идей. И как знать, может, спустя десяток лет мы получим новое, всесторонне развитое поколение волшебников, которое наполнит наш замшелый мирок новыми яркими красками… Кхе-кхе…
Мое горло начинало саднить, да и язык порядком притомился от этой болтовни, однако своей цели я достиг. Минерва выглядела потрясенной.
— Но почему никто раньше об этом не задумался? Ведь во французской школе уже много столетий изучают историю искусств, а в Дурмстранге детям преподают литературу, совмещенную с риторикой, называя эту дисциплину 'искусством словесности'.
Я устало пожал плечами:
— Особенности островного менталитета и сугубо утилитарный подход к образованию. Хотя, что толку гадать?
— Да, нужно это исправлять! Тут я всецело тебя поддерживаю. Вот только… а что такое 'физкультура'? Законы физики изучаются на чарах и нумерологии, и я не думаю…
— Нет, этот школьный предмет не связан с областью знаний, название которой придумал грек Аристотель. Главная цель физкультуры — грамотное развитие тел подрастающих волшебников, сохранение и укрепление их здоровья, а также совершенствование психофизических способностей. Благодаря занятиям физкультурой у детей будет естественным путем проходить укрепление мышц, увеличиваться скорость реакции, улучшаться координация движений, появятся навыки командной работы. Согласен, сейчас некоторую часть этих задач берет на себя Роланда, но все-таки полеты на метлах являются чересчур специализированной дисциплиной. Я же планирую расширить и углубить программу тренировок, включив в нее маггловские виды спорта, в которых смогут поучаствовать все желающие. А то нечестно получается — одна команда на весь факультет имеет возможность заниматься в свое удовольствие, тогда как остальные сосут лапу, с завистью поглядывая на более удачливых товарищей. Думаю, потребуются ежедневные занятия со смешанными группами сразу с нескольких курсов. Это позволит укрепить межфакультетские отношения, особенно если тренеры обеспечат детей максимальной нагрузкой, не оставляющей им время на ссоры.
— Тренеры? — зацепилась за слово МакГонагалл.
— Да, тренеры. Я планирую взять сразу двух преподавателей физкультуры — Ирвина Катнера и Люсиль Бекиндейл. Первый служил во Французском легионе и сможет обеспечить ученикам курс молодого бойца, а вторая имеет за плечами пять лет работы рядовым аврором.
— Но у Люсиль же…
Я не дал женщине закончить:
— Да, в одной из стычек она умудрилась потерять руку, но я уверен, что протез не будет ей сильно мешать. К тому же после той трагедии Люсиль осталась без работы и наверняка будет рада нам помочь.
'Да и сложно прожить вдвоем с престарелой матерью на нищенское пособие по инвалидности' — подумал я, но вслух говорить не стал. Пусть Минерва думает, что я намерен взять Бекиндейл за ее выдающиеся профессиональные качества, а не из банальной жалости!
Поразмыслив, МакГонагалл решительно тряхнула головой:
— Вижу, ты уже все продумал, поэтому не стану спорить. Надеюсь, с новыми дисциплинами покончено?
— Нет, — ухмыльнулся я. — Осталось две — бытовые чары и целительство, которые я предлагаю включить в список дополнительных предметов.
