И если разобраться, кому реально сплавить мальчика? Тонксы возражать не будут, но явно не обрадуются, в Уизлятник я его сдавать не хочу, Малфои… В моем сознании возник образ одетого с иголочки Гарри с зализанными волосами, очками в золотой оправе и тростью в руке, презрительно цедящего слова… На фиг такое счастье! Лучше уж тогда вспомнить о дальних родственниках по линии Блэков. Однако, отдав пацана им, я потеряю над ним контроль, а годами натаскивать и воспитывать ученика, чтобы в результате тот, подобно Альбусу, помахал наставнику крылышками на прощание и улетел в другое гнездо, как-то неохота. Кроме того, ритуал наверняка пройдет успешнее, если я начну воспринимать Гарри не просто как основу крестража, а как своего сына…
Не оставив себе времени на бессмысленные сомнения, я положил документы на стол и взялся за перо. Кровавое. Пусть это и не соответствует нормам Министерства, но позволит хоть чуточку поднять статус Дурслей. А то для посторонних все будет выглядеть так, словно я силой вынудил их отказаться от мальчишки. В таком случае кое-кто может углядеть здесь хороший повод для инициации судебного разбирательства.
Вписав свое имя в соответствующей графе, постаравшись, чтобы там еще осталось свободное место, я бросил на кисть заживляющее заклинание и пододвинул листки удивленной Минерве. А в ответ на ее затравленный взгляд усмехнулся:
— Неужели ты решила, что я буду заниматься воспитанием Гарри в одиночку? Мальчику нужен не только отец, но и мать. А ты сама слышала, кого он желает видеть в этой роли.
Робко улыбнувшись, все еще пытавшаяся справиться с изумлением МакГонагалл взяла перо и решительно вывела свое имя под моим. Дождавшись, пока кошечка закончит, я подлечил ей лапку и заверил документы директорской печатью. Для большей надежности. А то кто знает этих чинуш из Министерства? Вдруг заартачатся и не станут регистрировать, заявив, что данный отказ — фальшивка от и до!
— Не знала, что твои чувства ко мне настолько серьезны, — протянула Минерва, глядя на то, как я складываю документы в конверт для отправки Малфою.
'Чего-чего? — пронеслось в моей голове. — То есть, она подумала, что сейчас я таким оригинальным способом сделал ей предложение? Млять!'
Удержать лицо и конверт в руках мне удалось лишь чудом. Вымученно улыбнувшись, я попытался отшутиться:
— Просто мне надоело наблюдать за тем, как тебя охмуряют какие-то залетные авроры.
Профессор смутилась, опустив выразительные глазки. Выведя адрес на конверте почти не дрожащей рукой, я вызвал Ниппи, которому велел отослать документы и доставить накопившуюся почту. Вспомнившая о страховке Минерва вернула мне философский камешек и письма, которые я тут же уничтожил. Свою роль они уже сыграли, и надобности в дальнейшем существовании компромата, способного навредить не только крысомордым, но и мне самому, я не видел.
Секунду спустя вернулся домовик с охапкой корреспонденции. Следом за ним в кабинете появилась Латти с обещанными целительницей зельями и моим обедом, в котором калорий было меньше, чем в дешевом 'бомж-пакете' с вермишелью. Бросив взгляд на содержимое доставленного эльфийкой подноса, МакГонагал сказала:
— Ладно, Альбус, не стану тебе мешать. Приятного аппетита!
— Спасибо, Минни, — отозвался я. — Иди уже, обрадуй мальчика! Я же вижу, что тебе не терпится. И Хагриду заодно сообщи, что скоро ко мне должны прийти гости. Пусть впустит их и проведет.
Улыбнувшись, счастливая кошечка чмокнула меня в губы и резво выскочила из кабинета, будто одним махом скинула лет сорок, превратившись в беззаботную выпускницу, которую пригласил на бал лучший парень школы. А вот у меня причин для веселья не было. Безопасный способ намекнуть Минни на то, что 'де факто' я не делал ей предложение руки и сердца, моя голова выдумывать отказывалась. Поскольку даже самому тупому тритону было понятно, любая попытка объяснить, что 'совместное опекунство' и 'брак' — это разные вещи, грозила смертельной обидой и немедленным разрывом отношений, которого я допускать не хотел.
Блин блинский, это же надо было так вляпаться! Всю сознательную жизнь я успешно бегал от этого нехорошего дела (а всем известно, что хорошее браком не назовут!), но попал в другой мир и сразу размяк, закономерно угодив в цепкие лапки местной киски. Сейчас я понимал, что можно было прикинуться валенком и сделать вид, что не понял намека. Или сразу заявить, что нам не следует так спешить с развитием отношений (предложение спустя полчаса после признания — это крайне опрометчиво!). Но нет. У меня, видите ли, язык не повернулся огорчать любимую! А теперь придется смириться с мыслью, что Минни видит меня своим без-двух-минут законным супругом. Шедеврально!
'Не понимаю, чем ты расстроен? — послал мне мысль феникс. — Что плохого в том, что Кошка будет считать тебя своим самцом?'
