Павленко знал, что их самолет никто из механиков 69-го истребительного авиационного полка не обслуживал. Всю подготовку к полету проводил сам пилот. Вот и показалось Петру, что Шевченко сделал свое дело недобросовестно. Но лейтенант ошибся. Регулировка тяг пяти цилиндров мотора По-2 - дело тонкое и сложное. Не всякому это под силу. Если тяги отрегулированы неверно, они просто выпадают в воздухе, а цилиндры выходят из строя; мотор теряет мощность и перестает тянуть самолет. Теперь это случилось с По-2: тяги вылетели сразу у трех цилиндров.
- А запасные у нас есть? - уже мягче спросил Павленко.
- Хватает, - ответил пилот. - Сейчас посмотрим в технической сумке, она в горгроте.
Пока Шевченко доставал тяги и устанавливал их в моторе, к самолету подбежали два бойца. По внешнему виду полуморяки-полупехотинцы: в тельняшках, защитного цвета брюках и кирзовых сапогах; на голове - бескозырки с лентами и якорями. Один из них, видимо старший, обращаясь к лейтенанту, сказал:
- Наш командир спрашивает, кто вы такие и зачем прилетели к нам.
- А вы кто такие, кто ваш командир? - в свою очередь спросил Павленко.
- Мы морские пехотинцы, из части полковника Осипова, слышали о таком?
- Слышали. А мы летали на разведку, да вот у самолета мотор отказал, пришлось сесть тут.
- Что передать нашему командиру? Может, помощь нужна? [35]
- Пока ничего не надо. Устраним неисправность и полетим.
- Трудно отсюда взлететь, товарищ лейтенант. Площадка коротка для разбега, - вмешался в разговор пилот.
- И что же вы предлагаете?
- В конце площадки нужно выломать немного виноградника, хотя бы метров двадцать - тридцать.
- Ну как, ребята, поможете? - обратился Павленко к бойцам.
- Конечно, какой разговор.
Не прошло и получаса, как все было готово: тяги установлены и отрегулированы, взлетная полоса очищена, самолет развернут на сто восемьдесят градусов. Экипаж занял место в кабине, взревел мотор. И вдруг загремело, затряслось. Противник начал артиллерийскую подготовку.
Петр с Иваном выскочили из машины и вместе с бойцами залегли в небольшой канаве. С визгом летели осколки. Один крупнокалиберный снаряд разорвался в центре площадки, образовав в мягком грунте огромную воронку.
- Все, товарищ лейтенант! - сокрушенно проговорил старшина. - Застряли теперь здесь. Взлететь не сможем, пока не присыпем воронку.
- Вы пока думайте о другом: как остаться живым, - сказал Павленко. - Потом решим, что делать.
- Надо скорее бежать в роту! Сейчас фашисты перейдут в атаку, - закричал один из бойцов.
- Мы тоже с вами, - сказал Петр. И - Шевченко: - Старшина, тащите сюда наши автоматы, берите по два диска и по две гранаты! Бегом!
Шевченко мигом исполнил приказание.
- Вперед, за мной! - скомандовал лейтенант.
Вчетвером устремились к переднему краю, где уже кипел бой. Дружным прицельным огнем советские воины отразили натиск врага и тут же перешли в контратаку. Трудно описать эти ни с чем не сравнимые по своему накалу минуты. Люди бежали волнами, оглашая поле боя стрельбой и криками «ура». У всех одна мысль - быстрее настичь противника, смять его, испепелить. Вот цепи достигли вражеской траншеи и пустили в ход гранаты. Раздались стоны, душераздирающие вопли. [36]
Атака противника и контратака моряков продолжались больше часа. Бойцы из полка Осипова вернулись в свои окопы. Лейтенант Павленко и старшина Шевченко с пустыми автоматами и с двумя небольшими саперными лопатами, подобранными на поле боя, не теряя времени, поспешили к самолету. Он, к счастью, уцелел. Стали закапывать воронку, мешавшую взлету. Когда работа заканчивалась, к ним подошел морской пехотинец, с которым они уже были знакомы.
- Живы? - хлопнул его по плечу лейтенант.
- Жив.
- А как ваш товарищ?
- Ранен, но, правда, не тяжело. А я вам принес большую лопату, чтобы воронку заделать.
- Спасибо, мы уже вышли из положения.
- Вам передают привет наш командир Осипов и комиссар Митраков, - сказал боец. - Им кто-то из наших рассказал, как двое летчиков бросились в атаку. Ведь все видели, как самолет садился в нашем расположении.
- Передайте командиру и комиссару наш боевой привет! - сказал Павленко бойцу. - А встретимся в следующий раз. Для нас это будет большой честью: ведь о них знает вся Одесса. Сейчас спешим в свою часть, и так здесь изрядно задержались. Да, чуть было не забыл, - спохватился Петр, - большое спасибо за лопату.
И он крепко пожал руку бойцу.
- Не стоит благодарности, - смутился тот.
- А вас-то как звать? - спросил лейтенант. - А то так и расстанемся, не узнав друг друга по имени.
- Лопата моя фамилия, а величают Иваном Мефодьевичем. - Боец улыбнулся.
- Ну а я Петр Павленко.
…Мотор запустился сразу. Самолет пошел на взлет и легко оторвался от земли. А вскоре приземлился на своем аэродроме.
Докладывая о результатах разведки, Павленко рассказал полковнику М. В. Шанину, как они совершили вынужденную посадку в расположении обороны части полковника Я. И. Осипова, а после участвовали в контратаке.
- А вы встречались с Осиповым? - спросил Михаил Васильевич. [37]
