- Мы не душегубы и ни в чем не виноваты, - за всех ответила Берта. - Мы не сбросили ни одной бомбы на вашу землю, не сделали ни единого выстрела по русским самолетам. Зато ваши зенитки изрешетили наш самолет. Мы еле-еле тянули на одном моторе, потом два ваших истребителя вывели из строя и его. Мы с трудом сели, сдались вам добровольно, не причинили вам зла… Мы лишь вели разведку…
- Ну и ну! - вырвалось у переводчика Корхова. - С такой логикой впору выступать хоть в Лиге наций.
Петр и Владимир улыбнулись.
Допрос продолжался. Пленные подробно рассказали, кто и какие задачи ставил им на разведку, с какого аэродрома взлетали, по какому маршруту следовали, где и что фотографировали. Не утаили и того, что [17] успели передать в эфир координаты вынужденной посадки своего самолета.
- А для чего вы это сделали? На что надеялись? - спросил Павленко.
Ответа на вопрос не последовало.
- За что награжден? - поинтересовался Корхов.
Берта охотно рассказала о себе и своем муже. По ее словам, подполковник храбро сражался во Франции летом 1940 года. Там ему ампутировали обе ноги после вынужденной посадки истребителя на вырубленный лес. Там же в одном из госпиталей Геринг вручил ему Железный крест…
- Ну, кажется, мы рассказали все, что вам хотелось услышать, - проговорила немка, и довольная улыбка скользнула по ее лицу.
- Нет, далеко не все. Ответьте вот еще на это. - Петр положил перед пленными лист бумаги, на котором были написаны вопросы, касающиеся боевой характеристики бомбардировщика Ю-88. - И как можно подробнее. Мы через час-полтора вернемся…
Корхов и Павленко ушли на обед. Возвратившись, увидели мелко исписанные листы. Переводчик быстро пробежал их и остался доволен.
Пока, по непонятным Петру и Владимиру причинам, Берта и ее муж без всякого нажима выполняли все требования. Теперь осталось побывать на немецком самолете и по возможности детально изучить его материальную часть. В качестве инструктора выбрали пилота самолета. Остальных пленных задержали пока в разведотделе.
В машину сели десять человек: начальники служб штаба ВВС армии, главный штурман, инженер, Павленко, Корхов и Берта.
Вот и Ю- 88. Группа забралась в огромный фюзеляж и осмотрела все по порядку. Особенно интересовались приборами, специальным оборудованием, моторами. Летчица давала пояснения через переводчика. Когда группа собралась в обратный путь, Берта спросила:
- Скажите, а мне будет награда за те сведения, которые я вам сообщила?
Вот, оказывается, почему так словоохотлива была немка. Поняв, что ее жизни не угрожает опасность, она выторговывала себе награду. Чего тут больше [18] было: нахальства, деляческой предприимчивости или ограниченности, - трудно сказать.
Немку пришлось разочаровать.
- О награде подумаем после войны, - сказал Петр и насмешливо посмотрел на сконфуженную летчицу.
Вечером того же дня весь материал допроса пленного экипажа самолета-разведчика Ю-88 доложили начальнику штаба ВВС армии генералу А. З. Устинову.
- Молодцы, - поблагодарил он лейтенанта Павленко и переводчика. - Новые данные по этому самолету немедленно размножить и разослать в авиационные части и соединения. Учтите, что и вам, разведчикам, знание Ю-восемьдесят восьмого очень пригодится. Мы наверняка еще столкнемся с ним.
Александр Захарович оказался прав. Петр потом не раз вспоминал его слова.
…В конце июля - начале августа 1941 года штаб 9-й армии дислоцировался в населенном пункте Жовтнево (на старых картах это - Петро-Веровка). Недалеко от Жовтнева находился большой полевой аэродром Цебриково, на котором базировалось несколько частей истребительной и штурмовой авиации ВВС армии, а также отдельная разведывательная эскадрилья майора И. Иванова. Летчикам не было покоя ни днем, ни ночью.
Войска армии, ведя ожесточенные бои, с трудом сдерживали натиск гитлеровских полчищ на реке Днестр. Оборонявшиеся севернее начали отходить в общем направлении на Кировоград, Днепропетровск. Положение резко осложнилось. В штабе 9-й армии не знали точного направления движения врага, его численности. Генерал-полковник Я. Т. Черевиченко приказал эскадрилье майора Иванова вести непрерывную воздушную разведку дорог, идущих с запада на восток.
Для быстрейшей обработки заснятой пленки и срочного составления разведдонесений на аэродроме Цебриково сосредоточили всю фотослужбу ВВС 9-й армии, которую возглавил лейтенант Павленко. Как только возвращались после задания самолеты-разведчики, группа фотоспециалистов во главе с воентехником 2 ранга И. Комовым быстро перезаряжала аэрофотоаппараты на самолетах, и кассеты с заснятой пленкой тут же доставлялись в походную фотолабораторию, которой руководил воентехник 2 ранга М. Тихомиров. Здесь пленка обрабатывалась, печатались снимки и монтировались [19] фотосхемы. Лейтенант Павленко с подчиненными составлял разведдонесения. Затем разведданные рассылались в части.
