Мастер дзен Унган Донсэй (780–841) был близким другом Дого, того самого, который задавал вопросы Сэкито. Унгану принадлежит следующее мондо42, касающееся дзенской личности. Однажды он готовил чай. Подошел Дого и спросил:
– Для кого ты готовишь чай?
– Одному человеку хочется выпить чаю, – ответил Унган.
– Почему же ты не заставишь того человека приготовить себе чай? – продолжал спрашивать Дого.
– Ну, просто случайно здесь оказался я, – ответ был невозмутим.
Дого остался доволен этим ответом и удалился.
С точки зрения логики фраза Унгана «Одному человеку хочется выпить чаю» может быть понята как относящаяся к какому-то другому человеку, желающему напиться чаю и отличному от самого Унгана. Однако на самом деле присутствует только один Унган. Поэтому «человек» здесь означает трансцендентную, абсолютную т. е. дзенскую, личность, которая пребывает вместе с Унганом или в Унгане. Дого, конечно, знал об этом. Он отчетливо уловил дзенский дух в первом ответе, но продолжил спрашивать, чтобы узнать, насколько глубоки и истинны достижения Унгана.
Задавая второй вопрос – «Почему же ты не заставишь того человека приготовить себе чай?», – Дого намеренно стал на сторону индивидуального «я». Однако дзенская позиция Унгана была столь прочной, что совершенно не пошатнулась. Трансцендентное «я» должно действовать так же, как и «я» индивидуальное, в противном случае оно утратит свою значимость и истинность в качестве трансцендентного «я». Унган выступал на этот раз в качестве индивидуального «я» и сказал: «Ну, просто случайно здесь оказался я». Индивидуальное «я», которому случилось тут быть, одновременно является трансцендентным «я», которому хочется выпить чаю. Это и есть дзенская личность, которая и не двойственна, и не единственна. Между Дого и Унганом состоялся выразительный диалог на тему «живого», во время которого они продемонстрировали свои действительные, конкретные, живые дзенские личности. В дзен между мастером и учеником, или между соучениками, происходит непрерывный обмен репликами мондо; таким прямым и динамичным способом они проверяют и тренируют друг друга в достижении дзен или внутренней духовности. Представляется, что этот дзенский метод уникален43.
Д: Интересно, почему называют трансцендентной личность, которой захотелось чаю попить?
А: Потому что желание идет из глубины этой трансцендентной функции. Есть три типа желаний. Есть желания, которые нами повелевают. Есть желания, которыми повелеваем мы. Есть промежуточные желания – особые, относящиеся к сфере желания желания: захотеть захотеть или захотеть не захотеть. Итак, вопрос: что общего между этим гунъанем и 3-им стихом шестой главы?
Д: Вот этот момент разотождествления.
У: Что такое трансцендентное «я»?
А: Трансцендентное «я» – это то самое совершенство. Только уже лишенное сокрушения.
