– Тебе пора бежать к родителям, – сказал он, поднимая забытый мяч и протягивая его Антону. Хотя теперь тот его вообще не интересовал.
– Сейчас, – нетерпеливо сказал Антон и спросил снова, – скажите только: у вас есть меч?
– Возможно, – загадочно улыбнулся мужчина. – Но прежде чем ты уйдешь, запомни хорошенько, что в борьбе против взрослого зла мечи почти бесполезны. Самое главное оружие в этой войне – твое сердце.
И он протянул руку и постучал пальцем по груди мальчика.
– Вот – самое сильное и самое грозное оружие, которого боится зло. Запомни, прежде чем сможешь понять. А когда поймешь – уже не забудешь.
– А теперь беги к родителям, они уже волнуются, – сказал незнакомец и вдруг снова стал обычным мужчиной на лавочке. Но Антон теперь знал, что это маскировка, он знал правду. – Приятно было с тобой познакомиться, Антон.
– Мне тоже, – как зачарованный проговорил он и, нехотя развернувшись, зашагал к родителям, то и дело оглядываясь. Но мужчина уже снова смотрел на озеро. Наслаждался минутами мира и покоя.
Первая тяжелая ледяная капля упала на лицо, возвращая Антона в реальность. Сон прошел. И хотя декорации остались прежними, его ждало дело…а потом вечный сон. Может, я снова окажусь здесь, подумал он, застряну в том дне и в том сне, потому что не довел свою битву со злом до конца, а просто сбежал…хотя и подгадил немного напоследок.
И все же, то, что именно здесь он тогда услышал эти странные и такие мудрые слова и то, что в итоге все закончится именно здесь – это не случайность. Антон больше не питал иллюзий насчет судьбоносных совпадений или могучей Высшей доброй воли, которая присматривает за всеми и ведет неизменно к лучшему, просто иногда вещи совпадали просто для красоты, для идеального узора на ковре судьбы. И не было в этих совпадениях больше никакого смысла, как в экранной красотке – идеальной, но пустой.
Антон боялся смотреть на часы, теперь, когда он полностью отошел ото сна, понимание того, что он сильно выбился из графика пугало. Вся его миссия оказалась под угрозой из-за того, что он так неожиданно провалился в сон. Ну как он сможет отправиться в мир иной, если здесь вдруг нарисуются Рита и Аннета? А ведь они наверняка уже мчатся сюда.
– А я не останусь, – твердо прошептал Антон, – с меня хватит. Пора на покой.
Сделав глубокий вдох, он зашагал к озеру, подгоняемый не только страхом, но и приятным возбуждением – после стольких лет ему очень хотелось взглянуть на это чудо природы. Тот незнакомец был прав: это озеро – чудо, и не только потому, что у него нет дна. Я выбрал правильное место, понял вдруг Антон, и этот сон – тому подтверждение. Здесь все должно закончиться и для меня и для проклятой монеты. Здесь было
От лесополосы было совсем недалеко, но он стал задыхаться, уже пройдя десяток шагов, как будто последние силы вытекли из него и ушли в землю, пока он спал. Антон до последнего не хотел ползти, как пьяный клерк после корпоратива, он хотел прийти к озеру на двух ногах, гордо, как и подобает человеку, прийти несломленным… но озеро лежало в чаше между холмов, и чтобы подойти к нему, надо было преодолеть совсем пологий подъем, почти незаметный для здорового человека. Этот подъем и поставил точку в битве Антона и болезни. Сердце выскакивало из груди, он стал сильно замедляться и нервничал из-за этого, а стресс лишь усугублял его стояние. В глазах в очередной раз потемнело, а потом из носа ударил фонтан крови, совсем как в тот день, когда он оправдывался перед шефом, а монета уже начала разъедать его. Как будто совсем в другой жизни, сотни лет назад.
Антон тяжело опустился на колени, зажимая нос рукой, скорее инстинктивно – истечь кровью или наглотаться таблеток – разница невелика, но так он хоть умрет от естественных причин, и не станет самоубийцей. Он знал, что такого подарка судьба ему не сделает, нет, только не после того, как он получил дьявольский дар – монету. Больше всего он боялся, что откажет и второй глаз, и тогда он останется в темноте, вынужденный ползти на ощупь, как крот, выброшенный из норы. Но он твердо решил, что поползет, доберется до озера и сделает то, что должен… а остальное можно закончить и без зрения. На всякий случай, он посмотрел в сторону озера, запоминая направление, а потом, не отпуская руку от носа, медленно пополз вперед – время стало слишком дорогим, чтобы позволить себе потерять хоть секунду.
