Они оба любили лошадей и уединение и часто подолгу ездили вдвоем по изобилующим прогалинами и солнечными полянами окрестностям замка, чем давали пищу для пересудов паре – тройке самых дурных деревенских сплетниц. Как известно, каждый судит о других в меру собственной испорченности, и те, исходя, очевидно, из собственного опыта, готовы были усмотреть в самом невинном развлечении княжеских детей признаки кровосмесительного блуда. Впрочем, опасаясь, и не без основания, гнева князя, своими домыслами кумушки предпочитали делиться лишь друг с другом, да и то шепотом. Все же остальные не видели в трогательной привязанности княжеских детей друг к другу ничего худого.
Брат и сестра ехали в молчании, слушая шелест листвы и пересвистывание птиц. Молодая синегрудка, оперение которой не успело еще налиться ярким взрослым цветом, присела на мгновенье на острую макушку панамы Иланы. Девушка качнула головой, и птичка, испуганно пискнув, порхнула в сторону. Княжна звонко рассмеялась. Отмир сдержанно улыбнулся.
Илана украдкой покосилась на брата и, посерьезнев, нерешительно вздохнула.
– Отмир…
– Да?
– Вы с Владом друзья… – княжна опустила голову. – Ты не знаешь, что с ним творится в последнее время?
– Сестренка… – Отмир отвел рукой выступающую над тропой ветку. – Мне кажется, ты должна знать об этом лучше моего.
Илана покраснела и отвернулась в сторону. Отмир мягко коснулся ее руки.
– Илана, послушай меня. Отец, конечно, поначалу будет против, но я твой выбор не осуждаю. Пусть Влад и не знатного рода, но если вы и правда любите друг друга, какое это имеет значение?
– Откуда ты знаешь? – не оборачиваясь, тихо спросила княжна. – Это он тебе рассказал?
– Влад ничего мне не говорил. – Отмир улыбнулся. – Боюсь, однако, что лишь слепой не заметит те взгляды, которыми вы с ним обмениваетесь.
– Так ты думаешь, все знают? – испуганно глянув на брата, Илана остановила лошадь.
– Ну, все, не все, – Отмир пожал плечами. – Но кое-кто уж наверняка догадывается!
– Боги… – выдохнула княжна. – Что будет, когда дойдет до отца?!
– Рано или поздно он все равно должен будет узнать, – с невозмутимым спокойствием заметил Отмир, похлопав по шее кобылу Иланы.
– Ты прав, конечно, – опустив голову, согласилась Илана. – Но я все равно боюсь…
Она тронула бока кобылы коленями, и та послушно пошла дальше.
– Что ж поделаешь, сестричка! – усмехнулся Отмир. – Замуж хочешь – потерпишь!
Илана состроила грозную гримаску и ущипнула брата за бок.
– А Влад… – Отмир потер бок. – Я думаю, он отцу нравиться.
– Что-то не замечала! – с печальным вздохом призналась Илана.
– Уж такой у нас отец, – Отмир развел руками. – Тебе ли не знать! Он и к нам-то свою любовь не очень-то показывает…
– А ты думаешь, есть она, эта любовь? – тихо спросила княжна.
– Есть, – уверенно кивнул Отмир. – Даже не сомневайся! И Влада он примет. Поярится-поярится и примет. Все равно лучшего мужа в этой глуши тебе не сыскать. Опять же, любовь у вас…
Илана с подозрением покосилась на брата, но тот сохранял абсолютно невозмутимое выражение лица.
– Тем более, Влад – парень что надо! – подвел итог Отмир.
– Верно… Не могу я только понять, что с ним творится, – со вздохом призналась Илана. – В последнее время он стал сам не свой.
– Нам сейчас всем неспокойно, – заметил Отмир. – А Влад десятник, на нем лежит ответственность за жизни отцовских подручников. Он знает свой долг и старается исполнить его наилучшим образом. Так что не суди его слишком строго, сестренка, ему сейчас несладко.
– Да… – Илана задумчиво покивала головой. – Наверное, ты прав. Думаешь, ведун сможет нам помочь?
– Я верю Инциусу. Если бы это было бесполезно, он не стал бы звать ведуна в замок.
Княжна сорвала с ветки березовый листик, размяла его в пальцах и, понюхав, отбросила прочь. Лошади вышли на широкую прогалину, в дальнем конце которой виднелся выезд на мощеную дорогу, ведущую к воротам замка.
– Отмир?
– Да, сестренка.
– А ты никогда не думал о том, кто может быть оборотнем?
Княжич нахмурился и вздохнул.
– А что толку об этом думать? Боги не открыли правды даже Инциусу, так куда уж мне…
– А я вот думаю… – тихо призналась Илана.
– Ну и как? Много надумала? – в голосе Отмира прозвучали насмешливые нотки, но глаза его остались серьезными. Глядевшая в сторону Илана этого не заметила.
– Да так, – девушка неопределенно пожала плечами. – Скажи, а правда, что наша мать была колдуньей?
Вопрос сестры явно застал Отмира врасплох. Он промедлил с ответом на пару мгновений дольше, чем следовало бы, и уже это само по себе могло бы послужить ответом, но к тому моменту, как Отмир ответил, внимание Иланы уже перескочило на что-то другое.
– Колдуньей? – удивление Отмира было натуральным до искренности. – А кто тебе сказал?
– Ш-ш-ш… – Илана подняла палец и перешла на шепот: – Слышишь?
Отмир с видимым облегчением и пожалуй что чересчур старательно затаил дыхание, прислушиваясь. Легкий ветерок принес запах прели, горячей листвы и…
чего-то еще. Не лесной запах, не звериный дух. Кобыла Иланы тревожно всхрапнула, и тут из орешника наперерез княжеским детям шагнул человек.
