Рука, в которой она держала факел, ослабла, пальцы чуть не разжались. А со стороны подводы неожиданно послышался скрип дерева и сонно-сухое шуршание сена – семья Гудрема поспешно выбиралась из своего укрытия. Зачем?!
Так все это подстрoено, с ужасом осознала Неждана. Раз они вылезли при первом же окрике, не дожидаясь, пока кто-то подойдет к телеге…
Но им-то это зачем?
Она обернулась к подводе.
Грид с Οрмульфом теперь стояли возле лошадей. Лицо Грид, освещенное светом костра, было надменно-спокойным. Ормульф смотрел странно – словно ему хотелось плакать, но он держался.
Они знали, что случится, молча подумала Неждана, отворачиваясь от сына и дочери Гудрема.
Знали и Свальду весточку послали, чтобы тот пришел да подождал. Сами догадались или надоумил кто? А в обмен что попросили – свою жизнь?
Свальд из темноты так и не вышел.
Стоит там да злится, сообразила Неждана. Смотрит на неё из мрака, ненавистью заплывает.
Она глубоко вздохнула, сжала покрепче древко факела. Вскинула голову – и ей почему-то вдруг стало легко.
Я славно прожила эту зиму, пролетело у Нежданы в уме. Из рабынь стала свободной, со Свальдом сколько ночей провела – и не сосчитать. И в объятьях его даже не вспоминала о тех годах, что прожила-промучилась в поместье Свенельда. Не всякой бабе такое счастье выпадает, ей ли не знать…
– Где ты, Свальд? - насмешливо бросила Неждана в темноту. - Выходи. Поговорим по–свойски, как невеста с женихом!
Она чуть было не добавила – «хотя свадьбе уж не бывать» – но вовремя прикусила язык. Не потому, что надеялась на прощенье. Просто объявить об этом должен был Свальд.
Хоть сейчас поступлю по-умному, решила Неждана. Лишнего не сболтну – но и страха не покажу. Нартвеги во всем ценят смелость – даже глупую смелость, и ту почитают…
Из темноты донеслось неразборчивое, приглушенное ворчание.
Дед после слов Ниды поперхнулся. Пробурчал:
– Это когда она так осмелела? С тобой, в Йорингарде? Распустили вы там баб, как я погляжу!
И все-таки на этот раз старик не назвал её рабыней, холодно и зло отметил про себя Свальд. Α потом двинулся к Ниде – наклоняя голову вперед, словно шел против ветра. Встал напротив, посмотрел ей в лицо.
Она успела где-то оцарапать скулу. По подбородку протянулась кое-как оттертая полоса копоти – и, глядя на неё, Свальд вдруг пожалел, что рядом нет бочки с водой. Или хотя бы ведра. Макнуть бы туда Ниду с головой, дать задохнуться. Чтобы и помылась,и напугалась.
Хотя она, скорей всего, начнет царапаться – вместо того, чтобы затрястись от страха. И попробует дотянуться если не до носа,так до глаз.
А когда отфыркается от воды, посмотрит уже по-другому. С ненавистью. Серые туманные глаза по-штормовому потемнеют…
– Ну что, Нида, - неторопливо спросил Свальд. – Ещё женой не стала – а уже предаешь? Спасаешь тех, кто потом вонзит мне нож в спину?
Сбоқу шелестңуло – рядом встал отец. Сказал твердо:
– Ты её лучше про серебро спроси. Грид, она дала тебе что-нибудь?
– Браслеты, – отозвалась дочь Гудрема.
И вскинула руку. В тонких белых пальцах блеснули два толстых золотых обруча.
– Это из твоих подарков, как я понимаю, - довольно сказал отец.
Дед хрипло закашлялся, словнo хотел что-то сказать – но от возмущения подавился слюной…
– Зачем? – тихо спросил Свальд, не отводя глаз от Ниды.
– Я решила не ждать, пока на нашей свадьбе, кроме скотины, ещё и детей прирежут, – твердо ответила она.
Лицо Свальда после её слов не дрогнуло. И Неждана, ощутив, как у неё скрутило нутро от горечи, уже злее бросила:
– А раз ты тут, значит, я угадала. Хотел бы оставить детей в живых – не пришел бы. Только посмеялся бы надо мной. Кого первым резать будешь, Свальд? Ты уж побереги себя, поосторожней будь с мальцами. А то они могут и за палец укусить, пока ты нож к ним подносишь.
– Рот закрой! – рявкнул ярл Турле, наконец прокашлявшийся.
Свальд резко повернул голову, глянул на негo – и старик больше ничегo не сказал.
– Моя крепость, моя и баба, – низким голосом, не спеша, проговорил Свальд. - Я хозяин Вёллинхела, ярл Турле. И этой бабе хозяин тоже я. Хорошо бы тебе это запомнить.
Следом он снова уставился на неё. Голубые глаза блеснули в свете факела осколками льда. Спросил почти равнодушно:
– Ты хоть понимаешь, Нида, чем все это кончится? Если ты родишь мне сыновей, эти щенки их прирежут. Или сотворят с ними что-то похуже быстрой смерти. Ты этого желаешь своим детям?
Ну не признаваться же, что вряд ли понесу, отстраненно подумала Неждана. И ответила ровно, подражая Свальду:
— Нет, не желаю. Потому и взяла со старшего клятву на ясене. Ормульф, сын Гудрема, поклялся, что ни он, ни его братья никогда не будут мстить. Ни тебе, ни Харальду, ни вашим семьям.
Ярл Турле посмотрел возмущено. Пробормотал:
– Клятва, данная бабе…
И сплюнул.
Свальд пару мгнoвений молча глядел на неё. А затем повернулся к отцу. Спросил :
– Что ты обещал Грид , если она сумеет обмануть мою невесту?
Ярл Огер презрительно улыбнулся. Пробормотал:
