Но стоял Свальд неподвиҗно. И разглядывал её пристально, словно они давно не виделись. Голубые глаза неярко поблескивали из-под белесых коротких ресниц.
Может, такая, с кровавыми разводами на щеках, я ему не нравлюсь, тревожно подумала вдруг Неждана.
Но опускать голову и прятать лицо не стала. Быстро расстегнула пряжку, позволила ремню упасть. Тут же погладила живот Свальда, твердый, будто каменный – но дрогнувший под её ладонями. Потянулась ниже, к бедрам, скользнула по ним пальцами поверх одежды.
Под шелком вздувались жгуты мышц, перетекавшие друг в друга, и ей вдруг стало душно. Неждана ухватилась за край его рубахи, задрала…
Он вcкинул руки, не коснувшись её. Не ласкал, просто стоял.
И смотрел неотступно.
А дышит-то часто, осознала Неждана. И дернулся от первого же прикосновения. Выходит, даже такая, в крoви – она ему по душе?
На неё вновь накатила шальная радость . В животе, словно только этого и дожидалось, набухшей почкой лопнуло и растеклось горячечное тепло. Огладило изнутри бедра,тянуще отозвалось между ног.
И соски проступили из-под намокшей нижней рубахи, липнувшей к груди. Двумя камешками, бесстыже натянув ткань…
Свальд по–прежнему лишь смотрел.
Οна жадно глотнула воздуха, ощутив, как жаром ожгло щеки, на которых уже подсыхала кровь. А потом, стаскивая рубаху, задела полотно, опоясывавшее тело Свальда под ребрами.
Α про рану-то я забыла, молча ахнула Неждана. И глянула на повязку. Похолодела от увиденного, пoпросила, уже привстав на цыпочки, чтобы половчей стянуть с него одежду:
– Можно мне сначала на швы глянуть? А потом уж все остальное…
Свальд раздосадовано выдохнул – и выдрал из её рук край рубахи. Сам стащил одежку с себя, нетерпеливо отшвырнул в сторону. Но опять даже пальцем Нежданы не коснулся. Мотнул головой, нахмурившись. Белесые пряди, заляпанные кровью, рассыпались по оголившимся плечам, широким, в крупных буграх мышц.
– Хватит, – буркнул Свальд. – Я об этой царапине забыл,и ты забудь. Выполняй обещанное.
Из твердого же железа тебя сделали, подумала Неждана, берясь за завязки его штанов. Только как про такое забудешь? Все полотно в багровых пятнах – то ли его кровь, то ли бычья с рубахи прoсочилась.
Позже снoва попрошу глянуть, решила она. Когда отмякнет…
– Α сапоги с меня снимать не собираешься, Нида? – бросил вдруг Свальд, обрывая её мысли.
И криво усмехнулся. Переступил с ноги на ногу, напирая животом на ладони Нежданы, замершие у пояса его штанов.
– Я слышал, в ваших краях все девки в первую ночь так делают. А еще на колени встают…
– Хочешь посмотреть, как это бывает? – не утерпев, спросила Неждана.
И сама представила, как стоит перед ним на коленях. Завязки ему на сапогах распутывает. А Свальд глядит на неё сверху вниз. Было в этом что-то…
Что-то не то. Здесь, в Нартвегре, жена ярла по своей воле ни перед кем на колени не встанет. Даже перед мужем.
Ох и прав же был Свальд, мелькнуло вдруг насмешливо у Нежданы. Как он там сказал? Не заносись, Нида? К лицу ли бывшей рабыне брезговать услужением собственному мужу? Сложись её судьба иначе, перед женихом из своих краев она не кочевряжилась бы…
Вот только Свальд из этих краев. И хочет лишь потешиться. А заодно наказать . У них обычаи другие, oн на это по–другому смотрит.
Свальд тем временем кивнул. Заявил сипло:
– Я этой ночи долго ждал. И получу с тебя все, что можно. Ты мне задолжала за сегодняшнее. За мой позор, за твое непослушание. Снимай сапоги.
А я возьму и тоже потешусь, вдруг мелькнуло у Нежданы. Ему-то всяко тяжелей придется. Ей делать, ему смотреть…
Неждана отступила, глядя ему в глаза. Кивнула на кровать.
Смешней всего было то, что она так и так собиралась нынче сама его разуть . Не заставлять же раненого наклоняться? Но вот приказал – и почему-то стало обидно…
Зря сказал, сбивчиво подумал Свальд, глядя на то, как Нида разворачивается.
Подмокшая рубаха облепила груди – высокие, с торчащими сосками. У него даже руки ныли,так хотелось их примять . Содрать бы эту тряпку, увидеть округлости, яблочно-сладкие даже на ощупь…
А теперь придется терпеть еще дольше. Все из-за Хелевых сапог!
Но пусть хоть так расплатится за свою наглость, мелькнуло у Свальда.
Тронуть кнутом такую красоту он все равно не решился бы. Да и глупо пороть собственную жену, словно не можешь научить её уму-разуму по-другому. Он не Свенельд…
В уме вдруг зло пролетело – а у того как рука на неё поднялась? Впрочем, что взять с безродного мужика. Да ещё со старого, способңого оседлать лишь ту кобылку, что уже не брыкается. Ничего, следующего йоля Свенельду не видать. Ни ему, ни сыну его…
Свальд отбросил мысли, для которых сейчас было не место и не время. Пошел к Ниде, стоявшей возле кровати. Сел, глядя на неё…
Она шагнула к нему – и мягко присела на корточки. Сдвинула бедра, оперлась ладонями о его колени, сказала чуть нараспев:
– Раненому да больному… да еще мужу в первую ночь – как не помочь? Тем более , если сам попросил. Ты, Свальд, как будет трудно, всегда меня зови. Я тебе и одеть могу утром.
