Не все могло заставить старшего вожака настолько выйти из себя, чтобы сквозь рычание срывалось имя младшего брата. В общем и целом это не сулило ничего хорошего, но Сигурд был почти спокоен. Только легкое чувство вины давало о себе знать. Он покинул Стаю, не сказав ничего, и что-то пошло не так. Нужно было разобраться, но для начала – угомонить Волкодава, и только он мог это сделать. Он должен был поговорить с братом, даже если тот не станет его слушать. Поговорить лично, не используя вокс.
Капитан сумела выиграть немного времени для него, отключив лифты.
С большим трудом вожак сумел убедить ее, что Антей не сошел с ума и экипажу ничего не грозит, если он не будет путаться под ногами, и не стоит активировать систему внутренней защиты. К тому же – это было бы бесполезно. Орудийные сервиторы не откроют огонь по вожаку – их остановят все те же протоколы, что позволяли кипевшему яростью Волку свободно проходить по уровням.
В общем вокс-канале слышался гомон вопросов от легионеров, армии и экипажа, но глухое волчье рычание было фоном ко всему этому. Обращаться к брату сейчас было бесполезно, Сигурд выкрикнул лишь имена старших Волков – Хендваля, Драгнира, Олафа, Ильфнира, надеясь, что хоть кто-то из них окажется на борту. Откликнулись трое. Ильфнир был где-то на планете и молчал. Хендваль был еще не на борту, хотя и в досягаемости корабельной связи – на флагмане он мог оказаться не раньше, чем через десять – пятнадцать минут. Драгнир и Олаф, бывшие на корабле, при первых же сигналах тревоги уже были готовы действовать. Их стаи пополняли боезапас, а сами вожаки были уже готовы к бою хоть сейчас – с оружием и в броне. Сам Сигурд все равно не успевал добраться до армориума. Что-то подсказывало ему, что это стоило бы сделать.
Переговоры в канале связи с нечеткими попытками объяснить хоть что-то, надоели Сигурду, и он отключил передатчик, на бегу пытаясь сообразить, что произошло.
***
Неожиданный удар в грудь отбросил вожака к стенке грузового контейнера, стоящего на краю ангара. То, что он вышиб весь воздух из легких, Сигурд не сразу заметил – первым чувством было удивление. Потом перед лицом оказалась решетка пола. Он попытался оттолкнуться от нее, но сверху прижало что-то тяжелое, и он вновь распластался по полу, конвульсивно стараясь вздохнуть, но спазмы боли были слишком сильны. Сверху раздалось угрожающее рычание, но вожак уже понял, кто удерживает его. Потом тяжесть исчезла, и его подняло в воздух на удивление легко. Перед плывущим взглядом возникло лицо его старшего брата. Мельком Сигурд опустил взгляд, чтобы удостовериться, что тот в ошейнике. Изобретение Хендваля было на месте, но…
Оно не мерцало привычным, едва заметным светом. Оно было мертво, и совершенно не доставляло неприятных ощущений своему носителю. При этом сам Сигурд чувствовал, что оно не вышло из строя, просто сейчас злость человеческой части Антея была настолько сильнее его звериной сущности, что совершенно подавляла ее. Что было опаснее – неизвестно.
Продолжая удерживать одной рукой брата, он уже занес вторую для удара – теоретически, он должен был быть смертельным. Его нечеловеческую силу нечем было компенсировать – вся броня была в армориуме. Задыхающийся младший вожак так и не сумел выдавить ни слова за это малое время. Он должен будет умереть через пару секунд, так и не узнав, что случилось, почему Антей так возжелал его смерти.
Спасение пришло неожиданно. Мощный удар сотряс, как показалось Сигурду, все пространство, но на деле тряхнуло только братьев. Потеряв равновесие, Волкодав разжал руку, и, отшатнувшись, сделал по инерции несколько шагов назад. Прижавшись к стене и чувствуя дрожь в теле от недолгого кислородного голодания, Сигурд, наконец, сумел сделать вдох и увидеть, что его спасло.
Драгнир и Олаф. Им хватило веса брони и инерции движения, чтобы оттолкнуть старшего вожака и на несколько секунд заставить его замешкаться. Как охотничьи псы на медведе, они повисли на нем, воспользовавшись эффектом неожиданности, и, понимая, что будут не в состоянии удержать его сами, активировали магнитные захваты на подошвах бронированных сапог и перчаток. Они смертельно рисковали, но ни один из них не сделал ничего, что могло бы навредить вожаку. Он же и с голыми руками был гораздо сильнее.
Эта борьба продолжалась не долго, и ее исход был вполне предсказуем для того, кто знал каждого из этих Волков. Для стороннего наблюдателя это было бы не понятно.
Дернувшись в последний раз, Антей подчинился удерживавшим его легионерам, и они тут же ослабили хватку, а через несколько мгновений отошли на шаг назад, поняв, что больше вспышек ярости не будет. За спиной Антея, плечи которого ходили ходуном, что было заметно по рывкам элементов брони, стоял тяжело дышащий Хеймир.
Верный трэлл следовал за вожаком даже здесь, хотя в его глазах читалось замешательство. Усталость после забега по блокируемым палубам тоже лишала его привычной невозмутимости.
- Где ты был?
