Повсюду, на палубе и в коридорах, ведущих к ней, были легионеры. Часть из них - небольшая, в боевых доспех и при оружии – открыто исполняли обязанности по охране корабля. Прочие делали вид, правда не слишком старательно, что просто пришли поприветствовать прибывшего. Их выдавали инстинктивные движения хищников, ждущих добычу в засаде. Сигурд с трудом подавил улыбку. Работорговец опрометчиво решил сунуть голову в пасть зверя, даже если его действительно послал примарх.
Вокс ожил несколько неожиданно. Сигурд откликнулся сразу же.
- Да, капитан?
Голос женщины был немного искаженным, но она явно была несколько озадачена.
- Лорд Сигурд. Вы должны это знать. С корабля вашего знакомого стартовал не один катер. К нам летят три «Грозовых Птицы». Согласно данным, на их бортах по целому отделению легионеров. И я до сих пор не могу разобраться в показаниях сигналов. Какие-то помехи, они не дают определить, что это за легион, но это не Космические Волки.
Это настораживало, но не более.
- Я догадываюсь, что это не Волки. Наши собратья уже давно бы мерялись с нами силой и гонором. Кто бы там ни был – он, по всей видимости, согласовал это с нашим примархом. Спасибо, капитан. Докладывайте, если что-то изменится.
Неуверенность из голоса женщины не исчезла.
- Да, господин Сигурд.
Подошедший Антей встал рядом, едва не касаясь его.
- Тебе ничего не кажется странным?
Сигурд фыркнул, обернувшись.
- Не кажется. Все действительно очень странно, и уже давно.
Его взгляд упал на трэлла, стоящего в шаге позади брата. Хеймир уже был без брони. Мокрые волосы торчали в разные стороны. Он, в отличие от своего хозяина, оказался на борту раньше и успел привести себя в порядок. Странно, но он тоже был насторожен, как и Волки. Видимо ему передавалось их напряжение.
***
Ждать пришлось не долго. Три «Птицы», одна за другой, очень аккуратно вплыли в раскрытые ворота посадочной палубы, словно пытаясь не потревожить пленку силового поля, удерживавшую атмосферу. Манера полета разительно отличалась от того, к чему привыкли Волки.
Листы обшивки «Птиц» странно блестели свежим металлом. Голым металлом. На них не было ни следа краски, но не потому, что она обгорела или была сбита удачными попаданиями. Она была старательно соскоблена. Антей бросил взгляд на Сигурда, но тот и сам уже придирчиво рассматривал выстроившиеся в идеальную линию транспорты.
С нечеловеческой точностью они стояли вровень друг с другом, и это было явно демонстрацией точности, едва уловимой, но все же…
С достойной похвалы синхронностью на покрытие пола опустились рампы, и некоторое время ничего не происходило. Потом послышались шаги. Вначале – относительно легкие, явно принадлежащие смертному. Потом – тяжелые синхронные гулкие удары. Астартес в силовой броне.
Сначала все же вышел человек. Он шел, не очень уверенно делая каждый шаг, и видно было, что он стар. Однако изменения были не только в его внешности и не только связанные с возрастом.
Сигурд не спускал с ковыляющего старика глаз, но Антей чувствовал гораздо больше. Опаска, неуверенность, старческие болезни. Тиабрах часто мигал слезящимися глазами, прикрывая их от яркого света морщинистыми веками. Прямые белёсые и изрядно поредевшие волосы опускались на плечи, ставшие тонкими как у ребенка. Поражала и простота одеяний губернатора. Могла ли старость так изменить взгляд человека на богатства?
Следом за смертным из транспортов вышли все так же, в ногу, легионеры. Равно как и человек, они тоже настораживали.
Их броня, как и корпуса кораблей, несли следы очистки от краски. Лишь у четверых из них она была окрашенной в красный цвет. Странные и незнакомые символы ничего не говорили об их принадлежности.
Кто-то из Волков заворчал, но Антей сделал знак успокоиться. Тем временем, человек приблизился на дистанцию, позволяющую говорить и быть услышанным – то есть в его состоянии – пугающе близко для смертного.
Немного постояв, задирая голову и рассматривая вожаков, губернатор Видфрида поклонился.
Это был не жест, которым равный приветствует равных, не снисходительный кивок. Оба Волка испытали сильное удивление, когда этот заносчивый и своенравный человек склонился, признавая, что они больше не мальчишки, не желанная добыча, а вполне заслуживающие уважение командиры армии. Пусть не большой, но все же…
Вопросов и нестыковок было слишком много. Антей сделал вид, что не заметил поклона. Его внимание было приковано к легионерам. Сигурд кивнул губернатору, но потом точно так же сосредоточился на большей проблеме.
Легионеры были безоружны. Их лица не были скрыты шлемами, но не было сомнения, что все нужное они просто оставили в транспортах. Это было жестом примирения или пренебрежения. Еще совсем недавно Сигурд даже не задумался бы о том, что за этим скрыт некий смысл, но сейчас, когда должно было случиться, если уже не случилось непоправимое, его терзали догадки и подозрения.
Три десятка Астартес. Это не мало. Для некоторых задач это даже много.
