Семья Арона Тонгила погибла по вине некроманта. Арон отомстил… а затем заключил сделку с демоном, пообещавшим вернуть его родных. Вот только демон не предупредил, что отправит Арона в иную реальность, где человек окажется магом, главой Ковена Темных, тем, кого ненавидит вся империя. Чтобы найти свою семью, ему придется сначала выжить.
Темные маги всегда умирают долго, а этот был самым сильным в Ковене. Он все кричал и корчился на полу своей спальни, пришпиленный копьем к паркету. Наконечник, выкованный из селина, прошел сквозь все слои магической защиты и пробил сердце.
Арон не вслушивался в вопли некроманта: в криках существа, которому вырвали язык, не могло быть смысла.
А маг все никак не мог замолчать. Он хрипел, тянул к своему убийце обрубки, еще утром бывшие руками, и в налитых кровью глазах пылала ненависть. В Ароне ненависти жило не меньше, но насладиться муками врага не получилось — смотреть на некроманта было противно, хотелось скорее все закончить.
Жаль, в спальне чародея не нашлось ничего напоминавшего топор. У самого воина остались лишь два кинжала за голенищами сапог и селиновое копье, вынимать которое из груди мага было пока нельзя. Меч, которым Арон отрубил некроманту руки, почти сразу растекся лужей расплавленного металла. Отрезать голову врага кинжалом и пачкаться в его крови не хотелось, а другого способа быстро умертвить некроманта Арон не знал.
— Маги, — пробормотал воин, — даже подохнуть, как нормальные люди, не можете…
Некромант тем временем дергался все слабее, крики перешли в хрипы, а из ран начала, пока слабо, сочиться кровь.
Пожелай маг умереть без мучений, отпустил бы Нити стихий и ушел почти мгновенно. Но некромант все оттягивал встречу с Серой Госпожой. Быть может, надеялся на спасение, на чудо.
Вот только Арон знал: чудес в этом мире быть не могло. Он понял это несколько лет назад, когда по возвращении увидел вместо дома серое пепелище, а в запертом снаружи погребе — единственном, что уцелело, — тело задохнувшегося в дыму сына. Несколько месяцев бесплодных поисков, и воин нашел то, что осталось от его жены после забав некроманта — безумное костлявое существо с копной седых волос. Когда в монастыре Светлой Лиины, богини целительства, к его Тери вернулась память, она покончила с собой…
Некромант все быстрее терял кровь, та растекалась, красная, совсем как у человека, хотя ей следовало быть такой же черной, как душа мага.
Арон ждал.
Наконец некромант затих, выпученные глаза остекленели. Арон подошел ближе, достал флягу с горючей смесью. Пока у мага сохранялись силы, жечь его было нельзя — помимо некромантии тот в совершенстве владел огненной стихией.
Всего несколько капель, и одежда на мертвеце вспыхнула. Потом пламя принялось за плоть…
Темные маги умирают долго, и убивать их следует правильно. Только когда огонь закончил пожирать тело некроманта, Арон выдернул из кучи пепла копье.
В замке было пусто и тихо — его ныне покойный хозяин не жаловал людей, хотя несколько слуг все же жили здесь. Впрочем, о них Арон позаботился заранее, отравив еду и напитки. Это был хороший, качественный яд, однако, расправившись с магом, воин обошел все покои и перерезал горло тем, кто еще не умер. Жизнь научила его не оставлять врагам шанса.
Проверив замок, Арон подошел к лестнице, ведущей в подземелье. Обычно именно там некроманты, нуждавшиеся в человеческих жертвах, держали пленников, и кого-то из несчастных еще можно было спасти.
Весь длинный лестничный пролет освещался факелами. Впрочем, для Арона это не имело значения — в темноте он видел немногим хуже, чем при свете. Вот только камер с пленниками внизу не оказалось, ступени привели воина к массивным двойным дверям.
Когда Арон толкнул створки, перед ним открылся просторный зал с высокими сводами и черными колоннами, освещенный магическими светильниками. Воин вошел осторожно, держа оружие наготове, прислушиваясь не только к внешним звукам, пока отсутствующим, но и к внутреннему голосу, который всегда предупреждал его о приближающейся опасности.
В многочисленных нишах лежали человеческие черепа, за колоннами виднелся черный алтарь — некромант превратил подземелье в святилище Серой Госпожи, и воздух тут пропах смертью. Но было здесь что-то еще, что-то странное…
Арон прошел дальше и, когда алтарь перестал заслонять ему дальнюю часть зала, увидел пентаграмму. Перехватив копье поудобнее, воин приблизился к магическому рисунку, в центре которого сидел…
— Демон…
Демон посмотрел на него светящимися в полумраке зелеными глазами, поднялся с пола и осторожно сделал шаг назад. Он явно знал, чем грозит ему столкновение с оружием из селина. Этот священный металл, серебро богов, как его называли, был хорош для убийства не только некромантов, но и тварей Хаоса.
— Верно. — Демон выговаривал слова чисто, почти как человек. — Видишь, оказался в плену у мага.
— Я его убил, — равнодушно сказал Арон. Победа не принесла воину ни гордости, ни радости — все чувства в нем давно перегорели. Все, кроме жажды мести, которая вела его последние годы. Впрочем, слабые отблески эмоций еще проскальзывали, и сейчас он ощутил нечто похожее на любопытство.
