Нет края у Великой Степи. Куда ни кинешь взгляд, лишь высокая трава зеленым ковром уходит в горизонт. Повернись вокруг – та же картина на западе и на востоке, на юге и на севере. Подними голову – и из прозрачной синевы улыбнется солнечное Око Неба.
Мэль любил Степь, а она дарила ему радость дикой скачки, свежесть грозового ветра, азарт погони и кровавой охоты. Степь была его домом и его миром все те годы, что внук вождя уже прожил на этом свете…
Полуэльф проснулся и несколько минут лежал не шевелясь, не открывая глаз, пытаясь удержать ускользающий сон. Но счастливого мира его детства, когда вся жизнь, казалось, состояла из волшебных загадок и радостных открытий, больше не существовало. Реальность оказалась коварной и жестокой, хотя по-своему не менее восхитительной, чем светлое прошлое. В ней тоже имелись загадки, вопросы без ответов, тайны. А еще в ней была цель.
Мэа-таэль по-кошачьи гибко потянулся, улыбнулся, предвкушая тот день, когда достигнет этой цели. Будучи охотником, полукровка умел ждать и даже находить в ожидании своеобразное удовольствие.
Этим утром Арон опять распорядился доставить завтрак ему в покои. Обычное дело – когда маг принимался за очередную серию экспериментов, готовясь алхимичить в подземных лабораториях, то несколько дней подряд мог вообще забывать о еде, не говоря уже о том, чтобы тратить время на спуск в главную трапезную.
Мэа-таэль задался вопросом, связаны ли грядущие опыты с младшим ар-Кормом. Пару месяцев назад Арон жаловался, что для одного редкого эксперимента со стихией Огня ему позарез нужен Светлый маг с нераскрытым Даром. Похоже, искомый объект все время находился у них под носом.
После вчерашнего странного поведения Арона полукровка сомневался, стоит ли отрывать мага от его занятий только ради вопроса о том, как поступить с караваном из Кирет-града. За потерю третьей части дани их всех, по мнению управляющего, стоило показательно, как нерадивых слуг, выпороть на конюшне. Однако у мага могли быть на этот счет свои идеи.
Так и не приняв окончательного решения, Мэа-таэль занялся другими делами. И только закончив разговор с дозорными, вернувшимися этим утром, решил заглянуть к Арону. Однако того в покоях не оказалось.
Арон сидел в тени раскидистого дерева, по-степному скрестив ноги, и читал дневник прежнего Тонгила. День выдался теплым, и воин надел только простую светлую рубашку и черные брюки. Волосы, более длинные, чем северянин привык носить, убрал в хвост. Просторная рубашка не скрывала ширины плеч, но прятала рельефные мускулы – к счастью, его двойник, даже будучи магом, не забрасывал тренировки.
Сейчас Арон походил не то на средней руки вельможу, поскольку только дворяне могли позволить себе бездельничать в будний день, не то на слишком молодого книжника.
– Благородный тар, – прервал его чтение незнакомый голос. – Будет ли мне позволено ненадолго прервать ваше уединение?
– Тарэс, – машинально поправил Арон. И только потом подумал, что здешний Тонгил, возможно, действительно являлся дворянином.
– Тарэс. – В голосе незнакомца послышалось заметное облегчение – всегда лучше ошибиться в безопасную сторону, чем не почтить должным образом благородного. – Если позволите…
Арон оценивающе глянул на нежданное дополнение к своему обществу. Мужчина примерно его роста, очень худой, с тонкими чертами коренного септа, одного из оседлых народов южного края империи, но с коричневой от загара и обветренной, словно у кочевника, кожей.
Чувство опасности молчало, и после краткого колебания воин кивнул.
– Присаживайтесь. Правда, в качестве сиденья могу предложить только траву, уважаемый… – Арон вопросительно поднял брови.
– Тарэс Санах Сэймин. – Южанин вежливо наклонил голову, после чего, подобрав походный плащ, без церемоний опустился на землю. – А я имею честь говорить с…
Воин чуть улыбнулся, представив реакцию Сэймина на свое истинное имя. Пообщаться с посторонним, не знавшим его в лицо, могло оказаться забавным.
– Арон Мэррил, – сообщил он.
Чужак чуть вздрогнул.
– Вы тезка нашего гостеприимного хозяина.
– Арон – распространенное имя на севере. – Воин пожал плечами. – Чем ближе к островам, тем чаще оно будет попадаться. Так звали смертного сына богини Льда, это наша дань уважения ему и просто старая традиция.
– Понимаю… – Южанин коснулся середины лба, как требовалось по обычаям септов при упоминании богов. – Знаете, тарэс Мэррил, когда я увидел вас читающим в этом саду, то не смог удержаться и не подойти, – сменил тему южанин. – Я просто не в силах был представить столь мирную картину в месте, имеющем репутацию столь э-э-э…
– Мрачную? – любезно подсказал Арон. – Жуткую? Пугающую?
– Я хотел сказать – неоднозначную. – Сэймин взглянул на него с мягкой укоризной.
Мэль не нашел Арона ни в Сиреневой башне, куда тот иногда поднимался, ни в подземельях. Обнаружился маг совсем неожиданно и случайно во внутреннем сквере, мимо которого управляющий шел к казармам.
