- Что?!! - тут уж Мэль говорил совсем несуразные вещи. - К Серой Госпоже некромантию, но уж полярность магии поменять невозможно!
- Ну да, - согласно кивнул тот. - Так считают, но кровь солнечных гидр творит действительно странные вещи. Представь, если полярность твоего эррэ начнет меняться, когда ты взываешь ко Тьме. Каков будет результат?
- Фатальный, - хмыкнул Арон, представив реакцию воплощенной Тьмы на подобную наглость. - Получается, обращаться к магии мне сейчас противопоказано?
Мэа-таэль качнул головой.
- Мне сложно представить тебя не творящим постоянно волшбу. Наверное, универсальные вещи, например, управление Стихиями, безопасны. Арон, я передаю слова деда, сказанные много лет назад, но он был мудрый старый шаман, а я - глупый мальчишка с ветром в голове. Просто - будь осторожен, очень осторожен, и, если почувствуешь в магии странное, не дави, не пытайся докопаться до сути, как ты это любишь. Отступи.
- Не меня ли ты назвал воплощением осторожности? - маг рассеянно поворошил ногой остывающий пепел.
- Да, но не в делах, касающихся магии. Твои безумные эксперименты... Удивительно, что до сих пор не случилось ничего непоправимого.
- Хорошо, - Арон присел на плоский камень рядом с полуэльфом. - Насчет магии ты меня предупредил, теперь объясни насчет Стаи.
- Здесь все просто, - лицо Мэля в момент потеряло серьезное выражение, во взгляде появился азартный блеск. - Несколько часов назад я получил сообщение: рыцари Гиты передвинули свои лагеря: один под самый Кирет-град, а второй - в предместья Радоги. Как раз то, чего мы ждали!
- М-да? - переспросил маг, пытаясь припомнить, что связывало эти два города и Тонгила-прежнего. Воспоминание о караване из Кирет-града оказалось достаточно свежим, но вот Радога? И при чем здесь передвижение рыцарей Гиты?
- Для начала мятежа в Радоге достаточно одного твоего слова, - с готовностью пояснил полуэльф. - Изначально он планировался на канун Сехетта, осеннего равноденствия, но большинство наемников, местной стражи и армии, а также треть магистрата уже наши. За сутки все закончится, а если во время беспорядков в первую очередь пострадают храмы Гиты и ее гвардия, мы ведь не расстроимся?
- А потом?
- А потом Радога тихо и незаметно перейдет под протекторат наместника Тонгила.
Арон кивнул: высказанная Мэа-таэлем идея звучала разумно. А все яснее проявляющийся конфликт со слугами Гиты подсказывал: детство у него с Тонгилом-прежним действительно было одно на двоих, и Темный, как и он сам, не простил служителям богини гибели отца.
- Как твое состояние? - полукровка неопределенно пошевелил в воздухе ладонью. - Все еще тянет убивать?
Северянин моргнул: за всем случившимся он почти забыл о причине, погнавшей его в лес.
- Вроде нет, - проговорил медленно, прислушиваясь к себе. Жажда, схлынувшая вчера, возвращаться не торопилась. Если ее не пробудило присутствие двух Светлых, возможно, она действительно больше не придет.
- Подождем до полудня, - предложил полукровка, - все же дед говорил про более долгий срок. Вдруг жажда появляется волнами... А сейчас неплохо бы позавтракать.
Они ели, переговариваясь, неподалеку в довольно неудобных позах лежали будущие пленники. Снотворное, по словам Мэля, должно было действовать еще долго. Арон жевал медленно, наслаждаясь вкусом: еда, вчера опилками крошившаяся на зубах, сегодня казалась вполне съедобной.
Мэль, промолчавший целую минуту, вновь заговорил, и беседа как-то незаметно перешла на события, случившиеся в том прошлом, которое Арон при всем желании не мог вспомнить. Оставалось только слушать, запоминать... и задаваться порой вопросом, насколько Тонгил, описываемый полукровкой, на самом деле походил на страшного Темного мага, внушающего страх всей стране.
- ...а потом? - спросил северянин, улыбаясь.
- Потом... - отозвался Мэль. - Потом ты столкнул с себя десятипудовую, не меньше, каменную балку, встал на ноги, отряхнулся, оглядел руины, оставшиеся от городской стены, и сказал: "Что ж, и самый великий ум нашей эпохи может ошибиться!"
Рассмеялись они одновременно.
- Ум не только самый великий, - повторил Арон, - но и самый скромный.
- Всегда был, всегда будешь, - согласился полуэльф. - Твоего самомнения, Арон, хватит на дюжину магов рангом поменьше...
Мэа-таэль замолчал, поднялся на ноги и подошел к девушке, разглядывая ее неподвижное тело:
- Птичка-то наша непроста.
- Очнулась? - уточнил Арон.
- Частично, - отозвался полуэльф. - А ведь прошел всего час, причем я не пожалел на нее восьмикратную дозу. Красавице следовало спать еще сутки. Как интересно.
- С чего ты взял, будто она очнулась? - поинтересовался Арон. - Девчонка полностью неподвижна.
- У эльфов от ахарры первым всегда пробуждается сознание, тело еще спит и должно проспать долго. Поверь на слово: если говорю, что она осознает происходящее, значит, так и есть. Если хочешь знать, это шаманское чутье, наследство деда.
- Используешь ахарру во второй раз? - Арон тоже приблизился к Светлой.
