- Это не я, он сам пришел, - шепчет мне на ухо подошедшая тетушка Мисси и сразу отступает.
- А вас, мой господин, одолела скука? – отвечает в тон хозяину Уилфред. – Отчего же вы решили оторваться от своих дел и навестить нас, недостойных? Помнится, вчера вы встречаться с кем-то не пожелали.
- У тебя в заложницах моя жена, - хмыкает Бадлмер. – Как истинный джентльмен, я не могу оставить даму в беде.
- Вы меня заберете? – с надеждой спрашиваю.
- Вообще-то хотел предложить помощь, - Кристиан снова переводит взгляд на меня.
Помощь — это хорошо, это просто замечательно, но лучше бы он мне помог с побегом, а не с танцами.
- Ну коль ноги не жалеешь, помогай, - важно кивает Уилфред.
Тяжело вздыхаю, пытаясь найти в своих конечностях еще хоть какие-то силы, и встряхиваю руками.
- Расслабься, - не замечаю, как Кристиан подошел уже совсем близко. – Позволь мне и музыке тебя повести.
Муж протягивает руку, приглашая, и я вдруг ненадолго застываю, почувствовав легкий укол там, где обычно бушевали чувства.
Вкладываю ладонь в чужие пальцы и послушно делаю шаг навстречу мужчине.
У него очень синие глаза. Кажется, я какое-то время этого не замечала.
Теплая рука обхватывает талию, дыхание касается виска и становится так легко вдруг просто довериться и расслабиться в ставших родными объятиях.
- Ты покраснела, - замечает муж, делая плавный поворот и утягивая меня за собой.
- Это от танцев, - мило улыбаюсь, судорожно пытаясь вспомнить движения. – А ты любишь танцевать?
- С чего ты взяла? – Кристиан аккуратно ловит меня и направляет в нужную сторону.
- Ты пришел потанцевать со мной.
- Грета,
Вот теперь я действительно покраснела.
Но тут же отвлеклась на сложное движение, которое Кристиан в итоге благоразумно пропустил.
- Нашел что-нибудь по проклятию? – спрашиваю, чтобы чем-то заполнить натянутую как струна тишину и тут же запинаюсь, едва не полетев на пол.
- Нет, - меня с готовностью ловят. – Времени особо не было. Эти сутки я провел у Грани.
- И как там… дела? – даже не знаю, как о таком спрашивать.
- Нормально. Под контролем.
Киваю и параллельно радуюсь тому, что повторить задуманный рисунок танца мне удается.
- Кристиан, я хотела поговорить, - твердо проговариваю.
- Мне нравится, когда ты называешь меня по имени, - муж улыбается, - никогда не думал, что оно может звучать так по-особенному. - Мне тоже нравится, когда он зовет меня Гретой. – О чем ты хотела поговорить?
- О нашем браке, - невольно закусываю губу и тут же ступаю не туда, едва не сбив Кристиана с ног. Но тот мужественно устоял, удержав и меня.
- Напомни мне не пускать тебя танцевать, - ворчит. – О нашем браке?
- Да, - собираюсь с силами. – Я не хочу его расторгать.
Кристиан замирает, и я тоже вынужденно останавливаюсь, намеренно не глядя ему в глаза.
- Что? – переспрашивает Бадлмер севшим голосом.
- Я не хочу бежать. Не хочу прятать голову в песок и надеяться, что проблема решится как-нибудь сама. И я не хочу… тебя оставлять.
- Грета… - Кристиан не сразу находит, что сказать. – Боюсь, что это вопрос решенный. Как только тебе перестанет угрожать опасность со стороны Тассадара и Империи, мы разведемся, и ты уедешь отсюда как можно дальше.
- Но моя мама сказала…
- Твоя мама не клала венки каждый год на целом холме похороненных фей, - ледяное. – Грета, нет. Это не обсуждается. Пока ты здесь, Грань будет представлять для тебя вечную опасность. А я не смогу ее покинуть.
- Значит, нужно сделать то, что не удавалось другим феям. Вот только что, Кристиан? Тебе не кажется, что я имею право знать?
- Чтобы ты потом пошла и под покровом ночи именно это и сделала, а я бы по утру нашел твой хладный труп? – едкое. – Нет, Грета. Я всё решил.
- То есть мое мнение тебя не интересует? – злость и против воли задетое самолюбие добавляют в мой голос яда. – Я для тебя исключительно предмет интерьера? Куда поставил, там и стоит? Захотел взял, захотел выбросил?
- Я тебя не выбрасывал, - рычание.
- Но собираешься. Как еще можно назвать развод с последующим выселением меня против моей воли?
- Грета, о чем ты? – Кристиан тоже начал заводиться. – Ты же сама этого хотела!
- Ты точно уверен? – ядовито переспрашиваю. – Да? Ты же так часто интересуешься тем, чего именно я хочу!
- И чего ты хочешь, смерти?! – Кристиан повысил голос.
- Решения проблемы! – тоже перехожу на повышенный тон. – Нормального, совместного права на решение проблемы!
- И ты никогда его не получишь! – хлесткая фраза, явно сказанная на эмоциях, больно бьет по сердцу, и я разворачиваюсь, чтобы уйти, но… на полушаге застываю.
Это ведь она и есть, верно? Извечная проблема Бадлмеров и их фей. Один прогоняет, второй уходит и так по кругу.
- Знаешь что, - разворачиваюсь на каблуках. – Нет!
- Что нет? – сквозь зубы.
- Я не уеду. Можешь оскорблять меня, унижать, приказывать, делать всё, что захочешь, но я не уеду. И не потому, что хочу полечь смертью храбрых, а потому, что ты останешься здесь. Я хочу быть с тобой. Я уже с тобой. И я не откажусь от тебя, что бы ты ни сделал.
Резкая боль вдруг пронзает грудь.
- Грета! – муж кидается к оседающей мне. – Что?!
