Он прошествовал мимо меня, обдав тихим запахом алкоголя, и наклонился к ведру у выхода из комнаты. А потом швырнул им в меня.
Ведро попало мне в живот и с громким грохотом упало на пол. Клаврис недовольно цокнул языком:
– Сходи за водой и остынь.
Я не шевелилась.
– И не абы куда, а к озеру. Будет больше времени подумать, – он изогнул темную бровь. – И что стоим? Или тебе нравится, когда я злюсь?
Клаврис улыбнулся, показывая тонкую полоску зубов:
– Грас нравилось.
Скривившись от отвращения, я мигом схватила ведро и устремилась прочь, слыша за спиной шипящий смех Клавриса.
– Ненавижу-ненавижу-ненавижу! – находясь уже на озере, громко прокричала я, выплескивая все, что скопилось.
А потом, выдохнув, добавила:
– Тварь.
Со злости кинула несчастное ведро в воду, разбрызгивая кристальные капельки прохлады, после чего яростно вытащила и уже с полным пошагала обратно, чтобы заняться уборкой. Видя мое перекошенное от бешенства лицо, встречные ученики испуганно шарахались и крутили пальцами у виска. Делая выводы на моем примере, они наверняка уже считали озлобленность Клавриса заразной.
Старший асигнатор ждал меня у входа, учтиво придерживая дверь. На пороге вручил тряпку, а сам направился в спальню, приказав его не беспокоить, пока не уберу всю кухню. Остальные комнаты он оставил на следующий раз. Я же задала три вопроса – вот и буду получать по ответу за каждую комнату.
Фыркая и рыча, я принялась за чистку мечей. Все нужное нашла там же – на столе, давно в непригодном состоянии. Но выбирать не приходилось, да и спрашивать у Клавриса новые принадлежности для чистки не решилась. Спокойнее будет убраться тем, что есть.
А Клаврису стоило отдать должное. За все время, пока я корпела над его столовой, он ни разу меня не побеспокоил. Сидел в своей темной конуре тихо, даже шороха не издавая. И вышел, только когда я выплеснула ведро воды на улицу и устало вздохнула.
– Молодец, – похвалил он, довольно оглядывая мою работу. – Так бы на тренировках старалась. То-о-очно!
Он вскинул указательный палец, радуясь гениальной мысли, что посетила его голову:
– Если Змей не вернется или провалит задание, оставлю тебя как свою служанку. А что? – заметил он, как дрогнуло от неприязни мое лицо. – Не начнешь стараться – и мои слова перестанут быть шуткой.
– Где Змей? – потребовала я ответа.
– «Где Змей», – гадко передразнил Клаврис. – Мой бедный ученик небось обыкался весь.
Я сомкнула губы в тонкую линию и напустила на лицо упрямое выражение.
– Ладно, – сдался он. – Змей за стенами Сарема.
– Где именно? – нахмурилась я.
Какое же задание дал ему Клаврис?
Асигнатор с насмешкой покачал головой:
– Не-е-ет, Рей. Это уже второй вопрос, а я обещал ответить лишь на один.
– И твой ответ неточный.
– Зато правдивый, – заметил он. – Лучше, чем точная ложь.
Я досадливо рыкнула. Как только Грас смогла полюбить Клавриса? Что он для нее сделал? И что сделал с ней после Игры? Сколько бы я ни задавалась этими вопросами, Грас больше не могла на них ответить. Ирония жизни: я пыталась узнать ученицу Клавриса лучше лишь после ее смерти. И постепенно, через редкие, искаженные, брошенные вскользь реплики я словно знакомилась с ней ближе.
«Прости, Грас, – подумала я, впервые осознав, что ее жизнь оборвалась слишком внезапно. – Прости».
Я не знала, за что именно просила прощение. За свой неосторожный бросок? За то, что не достала ее первой и позволила выжить Ливиону? Или что не постаралась сблизиться с Грасдис до ее смерти, а она пыталась защитить меня от ученика Маврика?
Только сейчас я начинала понимать. Грасдис не ненавидела меня, а ревновала Клавриса. Переживала, что не могла стать такой, как Змей или Талина. А когда проиграла на Игре, поняла, что даже мы с Ривом сильнее ее. Она чувствовала себя на самой нижней ступени в жизни Клавриса и не желала с этим мириться. Хотела стать для него особенной.
Я проследила взглядом за асигнатором, который, замолчав, полез на нижнюю полку шкафчика на кухне. Достал оттуда одну из бутылей, которые я аккуратно расставила, и сделал глоток.
– С тобой делиться не буду, – заметил мое пристальное внимание Клаврис и, усмехнувшись, покачал глиняным сосудом. – Так что не смотри на меня.
Фыркнув, я отвернулась. Каким бы гадом асигнатор ни был, но, похоже, он все-таки переживал из-за смерти Грасдис. Порой так хотелось заглянуть в его голову, чтобы все понять и узнать! Только было страшно: вдруг, услышав мысли Клавриса, я сойду с ума? Он и сам-то не шибко нормальный.
После уборки старший асигнатор разрешил мне сходить пообедать, а потом приказал отправиться в лес за озеро, где вновь начал меня гонять. Слабый удар, слабая кисть, слабые нервы… Медленная, слишком резкая, неправильно двигаюсь, плохо защищаюсь.
– Как ты только не сдохла на границе? – непонимающе покачал головой Клаврис, наблюдая за тем, как я корчусь на земле от боли. – Ничтожество.
