– Но когда мы уходили от разрушителей, они могли видеть, как мы скрылись под водой, и обнаружить канал.
– Я тоже так думала, но Змей меня успокоил. Как только вы проникли за стену, он вернулся проверить, не последовали ли за вами разрушители. Канал оказался чист, а из подслушанного разговора с берега Змей узнал, что враг подумал, будто вы ушли вниз по реке и скрылись в лесу.
– Но не все умеют плавать, – заметила я. – И расстояние немаленькое.
– Об этом я тоже подумала, – кивнула сестра. – Поэтому мы протянем веревку, по которой люди переплывут на другую сторону, а там их встретит кто-нибудь из асигнаторов и покажет, куда бежать. Так небольшими группами они выберутся из Черного Камня.
– Смотрю, ты все спланировала.
– К сожалению, нет, – вдруг погрустнела сестра, а ее ладонь вновь погладила живот. – Я понятия не имею, что делать с маленькими детьми. Не все они могут надолго задержать дыхание.
О детях я совсем не подумала. Пусть в поселении их мало, но они были. А теперь… Неужели мы никак не сможем им помочь?
– Должен быть способ! – вскочила я с кровати, отчего все тело пронзила боль, и сжала кулаки. – Матерей с детьми нельзя бросать в поселении наедине с мужчинами. Если выводить, то всех!
– Я много думала, но так и не нашла решения, – с грустью произнесла Эльма.
– Ты сказала, что в основном разрушители у ворот. Мы можем перебраться через южную стену и унести детей в лес!
– Не можете, – качнула головой сестра. – Я уже все узнала. В поселении пятеро младенцев и три двухлетки. Одну или две ходки вы еще можете провести незаметно, но не больше. Разрушители хоть и не уделяют особого внимания стенам, все равно не упускают их из виду. Лишь восточная стена из-за бурного течения реки осталась без постоянного наблюдения. И это я еще не говорила о детском плаче! На него все разрушители мигом слетятся.
Сестра замолчала и нахмурилась, как привыкла это делать, когда высчитывала варианты развития событий, а потом ее глаза наполнились тяжелой грустью.
– Риск побега через стену неоправданно высок. Даже не будь ты ранена и помоги ты асигнаторам – идея все равно провальная, – подвела она итог, а я выругалась:
– Истинская матерь!
На душе было погано. Будто из ловца меня сделали палачом, решающим кому жить, а кому погибать. Не совладав с эмоциями, я вскочила на ноги и, не обращая внимания на боль, стремительным шагом покинула хижину Эльмы.
– Да пожри все пламя! – прорычала я, устремляясь туда, где смогла бы побыть одна.
Внутри все кипело, и я никак не могла успокоиться, будто утратила способность это делать и теперь училась заново. Наверное, выпусти меня сейчас к разрушителям, я бы половину их армии передушила голыми руками.
– А чего это мы такие злые? – вдруг наткнулась я на Змея.
– Оставь меня в покое, – не поднимая взгляда, я попыталась проскочить мимо. – Сейчас не время…
– Да плевал я на твое время, – заступил мне дорогу асигнатор. – Тут мое уходит в никуда, пока отсиживаюсь в этом поселении.
– Тогда не спасай местных, а уходи, как планировал! – рявкнула я.
Змей приподнял светлую бровь, но с места не сдвинулся.
– Чтобы ты потом на меня дулась?
Он склонился к моему уху и передразнил мой голос:
– Зерос, мой герой, поступил как последняя сволочь! Бросил беззащитных умирать от рук одержимых. Не буду его слушаться! Все асигнаторы плохие!
– Да пошел ты! – махнула я рукой, отгоняя асигнатора, точно надоедливую муху.
Змей ловко уклонился и отступил на шаг.
– С сестрой поругалась? – предположил он.
– Нет, – коротко ответила я и все-таки миновала асигнатора, продолжив свой бесцельный путь.
Но Змей меня догнал.
– Тогда в чем дело?
– В твоей назойливости.
– Второстепенная причина. Ты просто стала еще раздраженнее, когда я с тобой заговорил. Что же тебя на самом деле разозлило?
Я резко остановилась, а Змей сделал еще два шага и обернулся, встретившись со мной взглядом.
– Ты правда хочешь узнать, из-за чего я расстроилась?
Змей приблизился и, склонив голову набок, отчего светлые волосы скользнули по его плечу, произнес:
– Значит, так ты расстраиваешься, а не злишься. Учту на будущее.
– Злюсь, между прочим, тоже, – резко произнесла я. – Так ты хочешь узнать причину или нет?
– Да. Хочу.
«Так просто и прямолинейно ответил», – изумилась я. По большей части тому, что при этом не заметила ни намека на издевку или улыбку. Даже моя злость немного поутихла. Но только я открыла рот, чтобы ответить, как мимо пробежала маленькая девочка в хлопковом платье песочного цвета. Она держала за руку маму и улыбалась, играя с бумажной вертушкой, нанизанной на кривую палочку.
Змей заметил мое пристальное внимание к ребенку и вдруг произнес:
– Тут есть одно тихое местечко. Хочешь, покажу?
Я кивнула.
– Уверен, – улыбнулся асигнатор, – оно тебе понравится. Там спокойно.
