Перед академией мерцал рекламный объемный плакат, которого могли видеть с любого ракурса. Может поэтому я его заметила? Еще вчера здесь ничего не висело, а теперь перед молодым цветником земли красуется фотография главного кандидата в вице-президента и его лозунг для победы: «Да создадим мы новую землю вместе».
Я хмыкнула. Звучит как, дохните людишки, пока мы ищем способ себя обезопасить.
Но за одно я ему благодарна была точно — за академию, какие бы лживые речи он не двигал. Он тогда говорил, что мы не только соседи, жители выжившего клочка земли, мы очень близкие в душе существа, которые попали под раздачу природы. Нам надо держаться вместе, помогать друг другу и поддерживать. С тех пор прошел год. Ровно год как студентка Вэйлантина Райд помогает и всячески поддерживает своих одногруппников. Интересно, сколько из них помнит мое имя?
Как помог вчера мне Итан…
Людям, вроде меня, после учебы ждёт работа в престижных и не очень офисах и это спасает от призвания прислуги, а главное обещает стабильный доход.
Около шкафчика меня нашла Райя и теперь ждала пока я приготовлюсь. Грязную потную майку сменила на форменную клетчатую рубашку, лохматые волосы на элегантный пучок. После такой пробежки душ был бы не лишним, мечтательно протянула про себя.
Ради девочек я буду терпеть этих заносчивых эгоистов до белого каления, прикушу язык до онемения и буду улыбаться как ненормальная.
— Ты как вчера, закончила?
Я фыркнула. С тем объемом работы мне было не управиться и за месяц, останься я и по ночам.
— Хочешь я тебе помогу? — выдала соседка, чем меня немного удивила. А когда посмотрела в глаза, поняла, что предложение шло не от сердца — глаза блестят в ожидании отказа. Что я и сказала.
— Наказание мое, тебя к нему не допустят.
Райя разочарованно вздохнула. Ага, прямо бедняжка, сердце кровью обливается.
Райя родилась и выросла на пятом кольце. Чем иногда гордится и невыносимо этим злит. Наверное только из-за этого я не могу ей довериться и назвать подругой. Ее родителей одних из первых купили в пожизненное обслуживание. Им предоставили жилье, еду и одежду, но забрали свободу.
Я лучше искупаюсь на волнах океана…
У дверей мы снова пропускаем остальных и только потом заходим в аудиторию. Там уже расслабленно расселись таносы, с кем у нас объединенная лекция. Ректор просчитался, если думал, что история возникновения магии и способ поддержания с ее помощью землю нас объединит. Общее у нас одно — тошнота: таносов от нашего присутствия, а нас от их высокомерия.
Мое и Райи место свободные и даже больше, они находятся словно пустыня вокруг города. Мы будто прокаженные.
— Я такое платье нашла, вы закачаетесь, — послышался веселый девичий смех. — Вы сможете увидеть меня в нем только на вечеринке, — боковым зрением я уловила, что говорила та самая Талла.
— Говорят эта вечеринка затмит все остальные. Ведь впервые башня тана Ласкиса старшего откроется гостям.
Я вздрогнула и навострила уши. Оборачиваться категорически не хотелось. Да и сплетни были не интересны. Я волновалась о своем долге. Не спросит ли за помощь Ласкис слишком много?
— А еще говорят, что на этом вечере будет сам президент, чтобы воочию увидеть новые технологии.
— Вот это да, сам президент на вечере в честь тана Ласкиса? Откуда ты знаешь, Талла?
— Со мной Итан делится очень многим, — заговорщицки соообщила Талла понизив голос, но в возникшей абсолютной тишине можно было услышать полет комара.
Ментор входит со звонком. Итана снова нет и это меня крайне раздражает, потому что…
— Для начала сегодняшней темы нам нужно присутствие всех, — спокойно сообщает тан Кроул и спокойно открывает какую-то книгу в ожидании. Кого? Нашей мировой звезды, чтобы его волны унесли… чтобы его разорвало на мелкие кусочки…
В кипящее от негодования сознание проникает голос, усиленный магией. Иначе как бы секретарь ректората, которая сидела на десятом этаже, вызвала к моей совести.
— Студентка общего факультета Вэйлантина Райд. Внимание, обнаружено нарушение. Повторяю, обнаружено нарушение.
Пара десятков глаз синхронно поворачивается в угол, где ошеломленно и немного дергано собираюсь я. Они смотрят с нескрываемым удовлетворением. Человечка попала! Попала по крупному. Ведь ее зовут туда… наверх, откуда мало кто возвращается. Они уже улыбаются от удовольствия, представляя меня на коленях, как умоляю предоставить мне шанс.
Я сильно прикусываю губу, наверное до боли, но я его не чувствую. В мою кожу иголками впивается их торжествующий взгляд.
Дрожащие руки пару раз роняют книги, следом ручку, не сразу находят змейку рюкзака. Вмиг ослепшие глаза не различают какие-либо очертания кроме одной сплошной, как свет в конце туннеля и называется он кабинет ректора. Все из-за увлажненных глаз. Никто этого не видит, потому как я распускаю волосы и уже лечу по ступенькам вниз.
Меня никто не удерживает, потому что знают — меня приговорили.
