Ласкис заходился в кашле. Он стоял ко мне спиной, поэтому я не могла видеть его выражение лица, прочитать в глазах свой приговор. Нет, я боялась пошевелиться. Боялась себя осмотреть, а еще двинуться туда, где меня ждал очередной и, наверное, уже решенный приговор. Поэтому я стояла.
Стояла и огрызалась на внутреннее я. “Ну почему ты не прикусила язык?” Будто там внутри способны были управлять бешенными зайчиками после стоп-линии. Затылок тут же отдал чувством надежного захвата стальной руки и вспомнилось, как горячие волны проносились по телу с того места, с самой макушки.
Хвоя в знойный день! Так пахнет только Ласкис? Мысль пронеслась в голове летней морской волной, исчезла еще до берега, потому что вспомнилось другое — как он дернулся от меня. Будто ошпарился.
Итан кашлянул последний раз. И этот кашель не был похож на обычный. Ласкис будто тонул и выплевывал остатки воды с легких, а теперь втянул нужный ему воздух каждым уголком грудной клетки. Задышал в полную силу и только потом он обернулся и хмуро посмотрел из-под бровей.
Я ожидала чего угодно — взгляда исподлобья, от раздражения до сиюсекундной мести, но не этого. Право, у меня галлюцинации!! Иначе как объяснить выражение легкого испуга? А еще непонимание и неверие.
Меня притянуло другое, завлекло магнитом и поддавшись ему я застыла с немым криком на губах. В его груди зиял чернотой ровный круг с обожженными краями рубашки. А в центре отпечатались следы маленьких ладошек. Это были следы моих ладоней!
Я прикрыла рот…
Теперь удивление и немой вопрос “какого хрена это было” читался и на лице таноса, когда он приложил большую лапу на один из следов. Бывшая черная тряпка теперь болталась на его плечах.
— Какого черта, тан Ласкис? — вышло глухо и без прежнего рвения. Зато получилось удивительное словосочетание — смесь возмущения с уважительным тоном. Вопрос остался без ответа, как и мои словесные способности без внимания. А следом и мой выпад тела, когда танос взял меня под локоть.
Меня просто трясло. От непонимания. От негодования. От возмущения. И вообще от перепада настроений одного непонятного таноса, который начинает по настоящему меня пугать. Не своей угрожающей аурой, враждебным соседством и колючим взглядом из-под насупленных бровей. А вот этим своим молчанием и особенно рукой на моем локте.
Я перевела взгляд туда. Мне не кажется, нет. Длинные ровные пальцы с аккуратными ногтями сомкнувшись, тянули меня вперед. Куда? Этот вопрос утратил свою значимость в сравнении с нашим прикосновением. Что я чувствовала? Силу, тепло и просто его близость к моему телу. Настолько близкую, что запах хвои вновь щекотал нос.
И это точно перебор. Меня от этого уже потряхивало.
— Какого черта? — я зашипела и задергалась в попытках избавить свою конечность от его захвата. — Какого черта, я спрашиваю, ты обращаешься со мной словно с игрушкой? Куда ты меня ведешь?
Тан не притормозил. Его резкие шаги по мраморному полу отдавались лишним сердцебиением в моей груди. Захват стал крепче и теперь я задергалась от боли.
— Мне больно, — прошептала я. Лучше бы он злился или оскорблял меня, чем так громко молчал. Что случилось? Чего он испугался?
Захват ослаб.
Через пару пролетов и пустых коридоров впереди замаячила дверь секретаря общего факультета. Вот и пришли, куда я так торопилась. Итан наверное лично проконтролирует, чтобы мой вылет из академии был максимально фееричным. Силы разом покинули меня. Я даже не знала в чем провинилась, но такой вызов для человека не оставляет ему и крохотной надежды на оправдания. У него нет второго шанса. Это остановка с одним концом. Конечная…
— Студентка Райд, вы где совесть потеряли? Заставлять тана лично тащить вас к ректору! Уму непостижимо, — возмущалась секретарь глядя мне в лицо, а я и бровью не повела. Кто, кого и почему мне было все равно. Если я здесь, чтобы вылететь, то пусть поскорее.
— Тан Ласкис… — прозвучало до тошноты мило и подобострастно.
Ее слова так и не долетели к цели, так как Итан уже скрылся за второй дверью, оставив приторно-сладкую улыбочку тана секретаря при себе, а ее всю мне. Вот же, гад, слился.
— Райд, я с кем говорю? — ее ровно накрашенная бровь взлетела вверх осуждающе. Я моргнула, переводя взгляд с закрытой двери и села. Хоть этого никто и не предлагал. Пусть! Тана это заметила и цокнула языком, мол, что взять с этих землян. Ну, не до тебя сейчас, противная.
Зачем Итану понадобился ректор? У него не могут быть никакие проблемы, задачи, обстоятельства. За него же все решает его фамилия.
— Ознакомься, — через стол ко мне прилетело несколько бумажек. Они то и вернули меня на землю. Очнись, Вэй, твоя судьба решается.
Первая являлась моей характеристикой. Быстро пробежалась глазами — способная, находчивая, уровень знаний твердая четверка, уровень подготовки тоже четыре. В условиях постоянного стресса и повышенного внимания со стороны менторов эту 4-ку можно было удвоить. Потому что, чтобы человеку поставили высший балл? ПФ! Это, кстати, из плюсов.
Хотя вряд ли меня пригласили похвалить.
