Какие мы церемонные, скривилась я внутренне и тут же собралась. Глубоко вздохнула, вытерла слезы тыльной стороной ладони. Мне надо было превратиться в суку, в самую настоящую стерву, потому что к нам пришли.
Они пришли!
Я точно знала почему и за кем, поэтому тихо рыкнула, так, чтобы девочки даже посметь не могли ослушаться.
— Мария, бери Ясмину, иди к выходу с балкона. Тропинку на пляж ты знаешь. Спрячьтесь и ждите меня. Ясмина бери веник и помогай. Если увижу хоть один след на песке…
Глаза обеих загорелись не хуже моих недавно.
Молодцы! Умеют же слаженно работать…
То в истерику, то в бег.
После второго удара в дверь в комнате оказались трое. Илан, около стола, я в центре точно пойманная за чем-то плохим и танос. Знакомый танос, подправил внутренний голос, называемый ехидством.
— Где? — спросил он не церемонясь. Он, наверное, подумал, что постучаться достаточно. И не важно, что в итоге он сам вошёл, когда вовсе не приглашали.
— Кто? — натурально непонимающе спросила я.
— Девочка. Десять лет. На учет не поставленная, законом не прослеживаемая.
— А вот скажи мне, Родди. Тебя ведь так зовут? Скажи, вы только детей отслеживаете или стариков тоже?
— Ты меня знаешь? — его бровь поднялась на уровень роста волос. — Ты со мной на “ты”?
Казалось, что бровь дальше подняться не мог. П
Казалось, его второй вопрос интересовал намного больше первого.
— Я у себя дома, — пожала я плечами. — И никого не звала, поэтому да, на ты, одногрупничек мой.
На что ему ответить было нечего. Это моя территория!
За дверью показалась еще одна голова в броне, которая дала знак Родди. И похоже он был на “нет”.
Кажется, он проверил периметр дома и ничего не нашел.
У меня аж от сердца отлегло. Дорожка ведет сильно вниз на пляж, а после по камням к узкой пещере. Туда, где бьется о берег вода, где ноги омывает соленая пена. Туда нет дороги таносам и их отменному чутью.
Можно быть наглее и выпроводить дорогих гостей, решила я.
У Родди заиграли желваки.
— Мы не слепые, — проговорил сквозь зубы. Он был зол, чертовски зол на то, что его делают идиотом. Хотя, я была бы не прочь назвать его таковым, но благо, чувство самосохранения работало. — Мы найдем девочку. И это будет для ее же блага, между прочим.
Я тут же взорвалась.
— Ложь! Черт, это все ложь. Наглая ложь! Ненавижу ее. Что вы делаете с ними? Зачем забираете? Куда увозите? Почему вы их не возвращаете родителям? Ты думаешь, мы не знаем, что у вас самих проблема. Огромная проблема. Вот своих рожайте и делайте что хотите…
Я задохнулась на полуслове. Буквально подавилась воздухом, который застрял в районе горла.
Через открытую дверь зашел Итан Ласкис. Одним шагом переступил порог, сцепив руки за спиной.
И задохнулась я не от его божественного вида.
Что нельзя было не отметить.
Да, он был нереально красивым. Черные волосы растрепались и свисали по бокам, что ничуть его не портило. Легкая небрежность виднелась и в полуоткрытой рубашке. Неизменной черной рубашке. Светло-коричневая кожа блестела в районе шеи. Прямая спина, взгляд из-под бровей и нависающих волос. Руки за спиной.
Я задохнулась от того, как он зашел. Словно к себе, словно не в первый раз. Он даже не взглянул на порог, не осмотрел жалкое убранство. Поймал мой взгляд и держал на расстоянии. Рассматривал меня. Долго, оценивающе, по своему.
Кожа зудела. Мне не понравился его взгляд, его хозяйское расположение здесь. Потому что, черт, даже в собственном доме я чувствовала себя неуютно. А еще потому что стало стыдно. За бардак, за грязь, за кровавые следы на полу.
Это увидели все. Родди так вообще завис, осматривая их. Думает, небось, глупые человечки с ума сходят.
Ну, он прав. Минутами ранее я именно это и делала.
— Райд, — заговорил он наконец, перестав буравить взглядом. Он что-то искал. Точно не девочку. Что-то такое, что заставляло моих мурашек бегать точно умалишенные. От позвоночника к ногам и обратно. А еще горела кожа. По вискам тек пот.
— Откуда… — начал было Родди, но его быстро перебили.
Я перебила.
— Вы здесь никого не найдете. В комнате только свои.
— И этот? — он не сказал, он выплюнул.
Слово “этот” относился к Илану, который сидел тихо, мирно, краски не сгущал и в разговор не встревал. Так тихо, что о нем я почти забыла.
Голос Ласкиса буквально полоснул Илана в грязи, когда взгляд ни разу не коснулся его самого. Он не хотел уходить с моей персоны. Все искал что-то, но не находил. Под ним мне хотелось спрятаться, укрыться, бежать.
Для меня это стало вызовом.
— Это мой дом, кого хочу, того и приглашаю, — приняла я вызов.
— Итан, — напомнил про себя Родди.
— Я знаю, — ответили ему.
Знаком головы Ласкис дал указание помощнику, который вошел в дом и начал шнырять по комнатам. Я сидела спокойно, хотя в душе негодовала. Продолжала сидеть и ждать.
Ведь они ее не найдут.
— Никого нет, тан Ласкис.
— Ясно. Уходим.
С плеч упала гранитная плита. Всего два слова подняли меня с пола, возвысили к небесам. Два слова и я окрыленно взлетела.
Ведь я победила.
Все получилось.
Зря я накричала на маленькую. Только сильнее напугала.
