Его ладони скользнули вверх, и пальцы почти обхватили ее талию. Он нажал большими пальцами на живот в нескольких сантиметрах от того места, где его член упирался в нее изнутри. От этого он как будто стал еще больше, и она стиснула его, вызвав у него глубокий вздох. Он уперся лбом в ее плечо, восстанавливая дыхание, И стал медленно покачивать ее бедра навстречу своим. Он целовал ее ключицы и шею, рассказывая ей, какая она тесная, и как ему хорошо в ней.
— Моя… моя.
Его хватка стала более крепкой, более властной. Качания превратились в удары, он резко притягивал ее бедра к себе, грубо вонзаясь в нее. Она вцепилась в его плечи, полностью теряя себя во всем этом, в нем… Она двигалась вместе с ним, скользя по всей его длине, в ритме, который он задал, быстро и резко подпрыгивая у него на коленях. Он прижал ее к себе еще крепче, его рука спустилась к нижней части ее спины, побуждая ее выгнуться еще сильнее. Она запрокинула голову, и он от поцелуев в шею перешел к покусываниям, его зубы прихватывали кожу достаточно сильно, чтобы оставить следы. Она вцепилась в его волосы, притягивая еще ближе к себе.
— О Господи, Кайло! — простонала она.
Его толчки сделались неровными, менее ритмичными. Она тянула его за волосы, жадно привлекая его рот к своему. Она даже не могла сосредоточиться на чем-то более сложном, чем прижиматься к его губам, стонать и бормотать:
— Я не могу… О боже… Пожалуйста!
Ей нужно было больше, но тело не вполне подчинялось ей — слишком хорошо было внутри. Ее ноги подергивались и вздрагивали в попытках удержаться с ним в одном темпе.
Он заключил ее лицо в ладони, останавливая ее движения, и поцеловал — тщательно, обводя языком губы и рот изнутри. Их языки соединились в невинном подобии того, как сплелись их тела, он завладел ее ртом, пока ей не перестало хватать дыхания по нескольким причинам сразу. С видимым усилием он оттолкнул ее, снял с себя и уложил на кровать. Потом склонился над ней, нависая всем телом. Его руки скользнули вверх, длинные пальцы обхватили ее великолепную грудь. Его рот вновь нашел ее и принялся жадно целовать.
Его пальцы, ласкающие ее соски, были восхитительны, и она выгнула спину, почувствовав, как его член вновь касается ее входа. Но вместо того, чтобы втолкнуться внутрь, он стал скользить вверх-вниз вдоль горячего и влажного отверстия. Когда она хотела поторопить его, трогая его бедро, он отнял ее руку и прижал к кровати у нее над головой. Потом, наконец, оторвался от ее губ и перевернул ее на живот.
Он навалился на нее всем телом, зажал между мягкой кроватью и твердым собой. Затем перенес большую часть веса на локоть, опершись на кровать рядом с ее головой. Просунул правую руку под ее бедра и слегка приподнял, так что они замечательно вписались в его собственные. Поцеловал и слегка прикусил ее плечо, входя в нее сзади. Раздвинул коленями ее ноги пошире, вонзаясь глубже в ее влажное нутро, простонал что-то — кажется, ее имя — и стал быстро и грубо вколачиваться в ее бедра.
Она вскрикнула и выгнулась под ним, изо всех сил подаваясь назад, навстречу его движениям. Приподнялась на локтях и повернула голову, чтобы посмотреть на него. Этого было недостаточно, этого никогда не будет достаточно. Она уперлась ногами в кровать, и он придавил рукой ее поясницу, заставляя прогнуться так, как ему удобно, и не шевелиться. Она стонала и причитала под ним в такт его толчкам, каждый шлепок кожа к коже вызывал у нее возглас. И все же ей было мало, и она стала извиваться под ним. Он скользнул ладонью вверх по ее спине к волосам, намотал на руку, потянул и вжал ее лицо в постель.
Он встал на колени, левой рукой приподнимая ее вслед за собой, так, что член вошел в нее еще глубже. Она простонала его имя. Его рука, державшая ее за волосы, осторожно повернула ее голову, так, что ему предстало ее раскрасневшееся лицо. Она не глядя вцепилась в постель, ища хоть какую-то опору, пока он брал ее так сильно и грубо, как никто никогда в жизни.
— Хочешь кончить, Рей? — Его голос был глубоким, хриплым, но при этом таким твердым. Таким повелительным.
Невнятный стон был единственным, что она смогла ответить.
— Не слышу, — он толкнулся в нее еще несколько раз, склонился к ней, выдохнул ей в шею, не прекращая ударяться в нее, — хочешь кончить? — слова текли медленно, порочно. Он отпустил ее волосы и взял ее обеими руками за бедра.
— Да! Пожалуйста! — она едва могла связать два слова.
Он стиснул ее крепче, раздвинул большими пальцами ее круглые ягодицы, проникая еще глубже.
— Кто даст тебе кончить, Рей? — в его голосе слышалось больше желания, меньше самоконтроля.
Она вздохнула и качнула задом навстречу ему, раздвигая ноги еще шире, чтобы подстроиться под него.
— Ты, ты! Дай мне…
Он усмехнулся и лизнул соленую от пота кожу у нее на шее.
— Назови мое имя, Рей. Скажи мне, что мне сделать с тобой — его толчки сбились с ритма, он замедлился, чтобы подразнить ее.
Она жалобно закричала и попыталась наверстать темп, но он удержал ее рукой, продолжая свои неглубокие движения.
