Я молчал, прислонившись к косяку в дверном проеме. Взгляд Альбуса скользнул мимо, потом опять уперся в книгу. Он прикусил нижнюю губу, потом несколько раз облизнул ее. Не знаю, сделал он это рефлекторно или намеренно, только я отлепился от стены и в мгновение ока уже был рядом с ним.
Не знаю, какие пикси меня укусили. Я вцепился в локти Альбуса, разворачивая его к себе. Он был так неимоверно близко. Его тонкие сухие губы, по которым только что прогуливался розовый язык, его глаза, сейчас словно подернутые дымкой – от усталости или… от страсти?.. Борода колышется, и так хочется завести под нее руки, приложить их к груди, почувствовать, как колотится сердце Альбуса под моими ладонями. Глухие удары часов на этажерке заставили меня опомниться.
Мерлин, я прикоснулся к Дамблдору! Я отпрянул, выпуская его локти, но в эту секунду он сам перехватил мои, и я мгновенно оказался впечатанным в стену кабинета. Альбус навис надо мной, перекрывая пути к отступлению. И, прежде чем я понял, что происходит, накрыл мои губы своими, настойчиво проталкиваясь языком в мой рот. Наши языки встретились, знакомясь друг с другом, и это было так… так… Наверное, во всей моей жизни не было лучше этого момента. Непроизвольно подавшись бедрами вперед, я вжался в живот Альбуса, ощутив его эрекцию. Через все шесть или восемь слоев одежды наши члены соприкоснулись. Я чувствовал, что готов умереть прямо здесь, в руках Альбуса, только бы эта сладкая пытка продолжалась. Мерлин, я же кончу прямо сейчас!
Нет! - я отвернул голову.
Альбус в удивлении отпустил меня:
– Северус, что не так?!
Я прошел к креслу и рухнул в него, держась руками за столешницу и мотая головой, как сумасшедший: – Не так. Не сейчас.
Северус! Смотри мне в глаза!
Да что ж такое с Альбусом, если он решился использовать легиллименцию? Я закрылся рефлекторно. У меня в любом случае стоит постоянный блок, но с Альбусом лучше перестраховаться. Возбуждение уходило. Альбус пересек расстояние, разделявшее нас, и взял меня рукой за подбородок. Наши взгляды встретились. Он был недоволен, я это видел. И еще понимал, что это недовольство относится к тому, что произошло только что.
Что вы хотите от меня?
Настанет ли момент, когда ты перестанешь торговаться, Северус?
Альбус, зачем вам я?
Он вдруг кинул настороженный взгляд куда-то вверх, и я вспомнил, что мы все еще находимся в кабинете. Стало быть, портреты видели все происходящее между нами. Альбуса, казалось, это не волновало. Может быть, они не разглашают его тайн? Или он отводит им глаза каким-нибудь заклинанием?
Пройдем в гостиную, - сказал он холодно.
В гостиной я не дождался приглашения и сел на коричневый диван из кожи якки. Альбус смотрел на меня внимательно, устроившись в кресле напротив.
Вы не ответили на мой вопрос, директор.
На этот вопрос нет ответа, Северус. Его интонации были мягкими, но при этом Альбус смотрел на меня с упреком, как будто объяснял что-то настолько очевидное, что я должен был давно знать сам.
На любой вопрос можно найти ответ… если хотеть этого.
Он покачал головой:
– Это бессмысленно, Северус. Ты пытаешься анализировать то, что анализу не поддается в принципе.
Может быть, просто никто не пытался этого делать? – спокойно спросил я. Я понимал, что мы заходим в тупик, однако игра была начата Альбусом, он и должен был делать первые ходы.
Ты не ответил на вопрос о том, что произошло в кабинете, - напомнил он. Сходил.
Мерлин, как ответить так, чтобы дать понять, что мне это понравилось, и я не против продолжения, но… А что, собственно, но? Стоит ли врать, когда рано или поздно это выяснится? В гей-бар за опытом я явно больше не пойду. Я хочу только Альбуса. Так что терять уже нечего. Ва-банк.
Холодно. Как можно холоднее:
– Стена кабинета – это, мягко сказать, не совсем то место, о котором я мечтал, представляя себе мой первый опыт.
Альбус поперхнулся. Он был изумлен или, по крайней мере, хорошо притворился изумленным. Выглядело это так, будто он даже не догадывался о том, что я могу оказаться девственником.
Но я думал, что мистер Малфой… - он пристально вглядывался в меня.
Мы были друзьями, - сухо сообщил я.
Как я понимаю, теперь вы уже не друзья?
Не вижу, какое отношение это имеет к предмету нашего разговора.
Мы опять залезли в дебри, отстраняясь друг от друга. Впрочем, я чувствовал, что мне уже все равно. Еще идя сюда, я внутренне настраивал себя на то, что потеряю его. Я устал от этих качелей. Я бы, пожалуй, даже уволился из Хогвартса, если бы у меня была хоть малейшая возможность сделать это.
Северус, – Альбус наколдовал нам вина, и я принял бокал почти рефлекторно, ожидая его дальнейших слов. – Я должен принести тебе свои извинения. Видишь ли, я думал, что ты более искушен в подобного рода вещах, и не понимал, как глубоко могу задеть твои чувства.
Он огорченно всматривался в мое лицо. Было похоже, что Альбус говорит искренне.
Я ответил ему тем же:
Вы их задели… достаточно глубоко.
