Никто не знал и того, что Эухения Виктория сделала своей двоюродной сестре Инес. Во всяком случае, такого, чтобы получить солнечным летним днем кобру в постель. Как эта самая кобра появилась, до сих пор осталось неизвестным. То ли Инес наколдовала ее (ей в тот момент было уже четырнадцать, и в заклинаниях она была сильна), то ли действительно где-то купила, временно усыпила и приволокла в замок, а, может, заставила кого-то под Империусом сделать это вместо нее, а потом стерла память – выяснять это особо не стали. Барон тряхнул стариной, сварил веритассерум и, после первого невнятного признания, отправил Инес дальним родственникам обратно на Сицилию: одной обузой меньше.
Змею убила старшая сестра Эухении Виктории Полина Инесса – ей было уже десять, и по испанским законам она владела волшебной палочкой, а вместе с волшебной палочкой заклинанием Эванеско. Его Полина Инесса выучила в первую очередь, поскольку очень любила рисовать и лепить, и у нее часто выходило что-то очень далекое от задуманного.
Эухения Виктория во всей этой истории отделалась сильнейшим испугом и заиканием, которое прошло только через год. Полина Инесса же, в свою очередь, обнаружила, что, во-первых, в критических ситуациях очень быстро соображает, а во вторых, очень четко чувствует, когда ее родным нужна помощь – не зря она, как сумасшедшая, бежала из столовой на первом этаже на третий этаж замка. Эти два открытия заставили ее заняться в равной степени боевой магией и прорицаниями, предметами, которыми редко увлекался один и тот же человек.
Вообще, из-за периодической и периодически катастрофической бедности и в семействе Вильярдо, и конкретно, в той ветви, которая именовалась отпрысками барона де Ведья-и-Медоре, каждый занимался, чем хотел. Систематическое планомерное образование состояло из простейших чар – им учила баронесса, самых известных боевых и защитных заклинаний – в них натаскивали всех Хуан Антонио и Ромулу, в свое время освоившие их с помощью португальского дядюшки, а также из необходимого минимума колдомедицины. Последняя в семье была в большом почете, а портретная галерея Вильярдо состояла из знаменитых колдомедиков, чередующихся со знаменитыми полководцами. Неплохой семейный подряд: одни дырявят, другие исправляют последствия.
Обязательным знанием, за которым следили строже всего, в семье была окклюменция – умение защищать сознание. Старшее поколение Вильярдо, из которого в живых остался только один полупарализованный и слепой девяностолетний герцог Толедский, отец Марии Инессы, всю вторую мировую маггловскую войну работало в магическом сопротивлении и сделало коллективный вывод, что защита сознания – навык, совершенно необходимый для выживания. Теперь всех, кто достигал тринадцати лет, окклюменции учила сама Мария Инесса.
Все остальные знания ее чада черпали из книг, коих в многочисленных семейных библиотеках было предостаточно: когда-то Вильярдо были могущественными и богатыми, и считали своим долгом быть еще и самыми просвещенными. Теперь от былого величия остались жалкие крохи – поместья были либо разрушены, либо заложены, либо – в лучшем случае - сданы в аренду, которая давала возможность худо-бедно сводить концы с концами и выплачивать залоговые платежи. Но книги, несмотря на бедность, хранили с особой тщательностью, составляли описи, бережно восстанавливали и пользовались ими с нежностью, с которой относятся скорее к живым существам. И, книги – на то они и волшебные, отвечали взаимностью.
Любая библиотека в семье Вильярдо – будь то в доме герцога Толедского, в особняке барона де Ведья-и-Медоре, в заброшенном поместье бабушки Миранды или в квартире Диего Авилара, двоюродного племянника герцога, мгновенно откликалась на призыв, подбирая нужную литературу и подсказывая изо всех сил. Что, в свою очередь, порождало желание взаимодействовать с книгами еще больше. Поэтому ничего удивительного не было в том, что, при отсутствии элементарных знаний, например, в трансфигурации, не имея понятия об арифмантике, астрономии или истории магии, в других областях волшебники из семьи Вильярдо достигали выдающихся успехов.
Эухения и ее младший брат Эухенио знали о зельях больше, чем кто-либо другой в Испании, Максима, брат-близнец Эухении, к четырнадцати годам выучил магическую юриспруденцию на уровне министерского минимума и свободно побеждал в дискуссиях магов старше его на несколько десятков лет, Ромулу планировал волшебные дома с той же легкостью, что и не волшебные, а Эрнесто в свои двадцать семь лет считался одним из самых авторитетных колдомедиков Мадрида.
