Но все это в конечном итоге неважно. Ибо теперь я почему-то уверен, что Альбус на моей стороне. Может, из-за его идиотского, но шикарного поступка, когда он создал мне алиби. Неважно, по каким причинам. Или… «Северус, хороший мой». Во сне о тех, кого ненавидят, так не говорят, правда? Комок встает у меня в горле. Я сглатываю. Надо оторваться от него. Как можно скорее. Отойти как можно дальше. Может быть – это приходит мне в голову совершенно неожиданно, и я на миг замираю посреди лаборатории в шоке от самого себя – стоит завести другого любовника. Нет, не проститутку на одну ночь, а вот именно что любовника. Мне необходимо хотя бы сбрасывать напряжение. Потому что… потому что все зашло слишком далеко, и если историю с отворотными чарами можно было бы списать на случайность, то засаду в горбинском доме на случайность уже не спишешь. Впрочем, я и тогда предполагал, что ничего случайного там не было. Ведь чары были настроены непосредственно на меня.
Не сплю, да. Но выглядит все это так, как будто Альбус до сих пор ко мне небезразличен, хоть и держался за руки с ним. Или ко мне, это просто желание? Похоть? Привязанность, в конце концов?
Однако что-то мне подсказывает, что Альбус не из тех, кто делит себя на нескольких человек сразу. Однажды мы подкалывали друг друга на тему министра, и я шутливым тоном сказал, что не потерпел бы, если бы Альбус изменил мне. На что он вполне серьезно ответил, что однажды у него в жизни было два любовника одновременно, и что этого он до сих пор не может себе простить. Больше ничего мне из него выудить не удалось. Но в те одиннадцать лет я был склонен полагать, что он дорожил нашими отношениями. Во всяком случае, он никогда не провоцировал меня на ревность, и мы не расставались больше, чем на пару недель, в которые он гостил у друзей или путешествовал, в то время как я варил зелья для аптеки Формана у себя в тупике Прядильщиков.
Привязанность. Что ж, если так, то тем более, надо осуществить мой план скорее. В мире полным полно волшебников-геев, кроме Альбуса, которые могут меня привлечь. Встало же у меня на Малфоя!
У магглов есть поговорка: «Помяни черта, и он появится!» За завтраком я получаю сразу несколько писем. Одно из них приносит филин Малфоев: Люциус уведомляет, что собирается навестить сына и зайдет ко мне сегодня вечером часов около шести. На самом деле это означает просьбу воспользоваться моим камином, так как в слизеринской гостиной камин для посещений и разговоров заблокирован, а через Хогвартс после прошлогодней выходки Люциусу идти не хочется, чтобы не сталкиваться с Дамблдором. Но Малфои не опускаются до просьб, принимая все, что им нужно, с улыбкой величайшей милости на лице.
Во всяком случае, старшие. Драко для этого не хватило бы выдержки. У него есть задатки лидера, но в Слизерине он лидер только благодаря положению отца. Его и слушаются-то по-настоящему только Крэбб и Гойл. Посмотрел бы я, как Драко попробовал бы командовать, к примеру, сыном старого Нотта. Люциус Драко пережал, а Нарси балует, вот и получилась смесь претензий, надменности и слабой воли, желания учиться, внимательности и хороших способностей с необузданной ревностью, нетерпением и подчас полным отсутствием самоконтроля.
Два других письма – переписка с заказчиками, ничего нового. А вот четвертое – от Ричарда: «Суббота, 6, на старом месте». Должно быть, есть новости. А, может, он вновь поведет меня к Джейн. И это на самом деле даже важнее. Еще четыре дня. Долго. Слишком долго. Но выбора нет.
До занятий я успеваю взять в библиотеке трехтомник Адамса по нарушениям памяти, а также целую книгу про Обливиэйт Раймона Одруа. Выуженная из Запретной секции, она практически рассыпается у меня в руках, и приходится заключить ее в поддерживающий запечатывающий кокон. 14-й век, ничего не поделаешь. Как я буду ее читать, одному Мерлину известно!
На паре третьекурсников Рэйвенкло Брокльхерст пялится на меня, как на ожившую мумию. Я делаю вид, что не замечаю. Надеюсь, она не из влюбленности в меня героически изобразила больную в воскресенье.
Вечером у меня нет ни одной свободной минуты. Я добиваю очередной этап волчьелычного. В других шести котлах по всем сторонам лаборатории – зелье от темных проклятий, кровевосстанавливающее, укрепляющее, два разных вида сердечных и очистительное для печени Альбуса. Каждый котел – в отдельном воздушном коконе, чтобы пар не смешивался, но поддерживать это магически очень утомительно. Тем более, я еще не чувствую себя восстановившимся.
