– Не надо каркать! Мне ещё этого недоставало! Всё будет хорошо. Поправьте алтарь, там справа немного сползла пентаграмма. – И Федерик со свойственной ему стремительностью каждого движения тщедушного тела начал расставлять предметы в необходимом порядке.
Когда все приготовления были закончены, Софи, взяв мужчин за руки, вошла в круг.
Федерик, держа в правой руке раскрытую книгу, произнёс вступительное заклинание; Микаэль уверенным жестом разрубил несчастное животное пополам; Софи, которая уже успела разжечь угли в жаровне, тут же начала сливать кровь, вытекающую из зверька, в хрустальную чашу на высокой ножке.
Несколько капель крови она брызнула на жаровню. В воздухе разнёсся приторный запах горящей плоти и смешался со смолистым запахом копаля и каких-то благовоний, которые она тоже успела всыпать в тлеющие угли.
Софи не посвящала никого в тонкости её искусства и не раскрывала своих формул даже Федерику. Впрочем, он на неё не обижался: в таком деле, как совместные практики, у каждого были и своя роль, и свои секреты.
Тем не менее от его пристального взгляда, который, казалось, мог охватить помещение на триста шестьдесят градусов вокруг, не ускользнула очень важная деталь: женщина так увлеклась, что почти вся вышла за границу пентаграммы. Федерик, не отрываясь от чтения, потянул Софи к себе.
– Спасибо, – беззвучно выдохнула женщина, только что заметившая свою оплошность.
С улицы сквозь плотно завешенное шторой окно пробивался свет полной луны. Внезапно подул сквозняк, пламя свечей заплясало и начало чадить. По спинам присутствующих потянуло ледяным холодом.
– Он здесь, – сказал Микаэль, который мгновенно преобразился: привычные плавные жесты стали резкими, слегка сутулившиеся плечи выпрямились, он вытянулся как струна, а глубокие серые глаза заблестели демоническим блеском.
– Даже не вздумай со мной шутить, – голос Микаэля звучал приглушённо на фоне громкого и выразительного голоса Федерика, который читал на латыни. – Ты нарушил обещание, обидел близкого мне человека. Ты пожалеешь об этом: пусть даже ценой моей жизни, но я добьюсь того, что ты заплатишь, я уверен, – Микаэль всем видом излучал спокойствие.
Свечи снова начали гореть ровно, Софи облегчённо вздохнула. Но это было только начало. Им ещё предстоял долгий путь, расслабляться было слишком рано, она понимала это как никто другой.
Краем глаза взглянув на Федерика, который всё это время не переставая читал, она заметила едва уловимую тень на его лбу. Сжав руку учителя, она начала мысленно посылать ему всю свою энергию, которую только могла позволить. Складка на лбу Федерика исчезла, лоб посветлел.
«Как-то слишком всё гладко проходит, это странно…» – Софи на секунду поддалась тревожным мыслям, но тут же снова сосредоточилась. Сейчас нельзя отвлекаться, это могла быть провокация, она это тоже знала.
«Подумаю об этом завтра, перепроверю свои ощущения, ещё есть время. Ивонн, милая, если ты меня слышишь, возвращайся. Всё, что ты должна сейчас сделать, – это побеспокоиться о твоём тощем тельце, милая. О твоей бедной израненной душе позаботимся мы, дорогая. Мы будем здесь. Столько, сколько понадобится».
Прошло часа четыре, хотя, по ощущениям участников этого странного действа, не более пяти минут. За окном уже брезжил рассвет, когда Софи позволила себе ослабить руку. Микаэль всё ещё находился в трансе, Федерик заканчивал последний стих заклинания.
Женщина, глубоко вздохнув и испустив забавный писклявый звук, рухнула всем своим грузным телом навзничь, по пути зацепив и опрокинув бокал с кровью и кадило. Но это уже было неважно. Свечи догорели, Федерик вернулся, а Микаэль отлично отработал свою часть. С этими мыслями пожилая женщина погрузилась в благословенный обморок.
«Э-э-э… Вот в этом вся Софи… Вечно раздаёт себя слишком, чересчур. Дорогая моя! Поспи. Тебе силы нужны больше нас всех», – глаза Федерика заблестели, и он, смахнув скупую мужскую слезу, заботливо прикрыл подругу краем чёрной ткани, которая послужила им алтарём этой ночью.
Настало время подводить итоги.
– Я думаю, он хотел нас обойти, хитрая сволочь, и прокрался оттуда, откуда не ждали. Нашёл-таки слабое место. Бедная девочка – ей не повезло родиться от мерзавца. Она привыкла не доверять мужчинам на генетическом уровне. Но это поправимо, к счастью, – только и смог сказать Федерик, а Микаэль, постепенно выходя из транса, машинально согласился, буркнув себе под нос что-то, что должно было означать: «Это верно».
– Вам тоже надо поспать, Федерик, – слегка кашлянув, сказал Микаэль и, кивнув в сторону лежащей на полу Софи, которая уже начала тихонько похрапывать, продолжил: – Я тут приберусь и пойду в больницу, встретимся там.
Микаэль, всё ещё не отошедший не столько от бессонной ночи, сколько от тягостных мыслей после вчерашней встречи с любовником Ивонн, выглядел потухшим.
– Это просто увлечение, мой мальчик. Тебе тоже надо научиться доверять ей, если уж на то пошло. Ничего не происходит случайно в этом мире. И мы с тобой тоже встретились не случайно.