– Вот и посмотрите сюда. Пена в углах губ характерного цвета, особенная окраска языка и рта, сведенные судорогой мышцы…
– Что здесь происходит?!
Голос грянул над толпой подобно грому. И так же оцепенели все окружающие.
Этого человека я не знала. Пожилой, лет шестидесяти на вид, высокий, все еще крепкий, даже кряжистый, как старый дуб…
– Логан, я тебя спрашиваю? Кто допустил самосуд?
Что-то есть безумно знакомое в его лице, и только пару минут спустя я понимаю – что именно. Убрать морщины – и лицо его будет почти копией герцога, который прервал дуэль.
– Моринар, – прошептал рядом господин Логан.
Я незаметно выдохнула.
Кажется, у меня появился шанс выжить?
Алонсо Моринар давно собирался заняться портом. Канцлеру, человеку хозяйственному и суровому, поперек горла был и Логан, и то, что установилось в порту. Только вот убрать Логана не получалось. Он был ставленником Ришардов и Леклеров. Недосмотр канцлера. Прозевал. Теперь же комендант порта обжился, усиделся, взял в свои руки многие ниточки. Если убрать его просто потому, что хочется, – начнутся беспорядки. Уж Ришарды об этом позаботятся.
Вот ведь змеиное семя!
И пакостят, и пакостят, и прищучить их вроде не за что, ничего в открытую не делают, и в то же время канцлер знал, что они стоят за многими неурядицами в королевстве. Трон расшатывают, с-сволочи. Порт – важное место для Алетара, да и для всего Раденора, но ведь подсуетились! На чем-то же они Логана поймали?!
Знать бы на чем, канцлер тоже не постеснялся бы его шантажировать. Да не получалось пока узнать. Так что оставалось канцлеру? Только следить и надеяться, что Логан даст повод его снять. Вот и сегодня, когда прилетел голубь из порта, Моринар счастью своему не поверил. Всего несколько слов, но каких?
Совершено убийство. Логан хочет устроить самосуд.
Большего Алонсо и не надо было! Конечно, к суду он уже не успеет, но надо поторопиться, чтобы не успели спрятать тело и улики. Тут-то он Логана и растопчет!
В порт он летел, словно на крыльях, и у дома коменданта порта увидел это. Толпу, окружившую дом. Стражники распихивали в стороны моряков, грузчиков, нищету и купцов, те оборачивались, сначала глядели злобными глазами, но потом понимали, кто пришел, – и успокаивались. Спорить с канцлером было себе дороже.
Вот и Логан. Их трое.
Сам комендант, рядом с ним – толстый человечек с лицом записного алкоголика и вруна, с другой стороны – девчонка в простом сером платьице, чем-то похожая на ощетинившегося котенка. На земле – тело человека.
Алонсо не стал терять ни минуты.
– Я жду ответа, Логан!
– Милорд герцог! На территории порта совершено убийство…
– И ты решил сам во всем разобраться? Похвально, очень похвально.
Тон Алонсо говорил совсем о другом. Логан побледнел и закусил губу. Он понимал, что попался, но выбора у мужчины не было.
Только принимать бой.
Моринар? Канцлер?
Уж столько-то я об этом семействе теперь знала. И решила воспользоваться своими знаниями.
– Монсеньор! Я прошу защиты и справедливости!
Мой голос разнесся над пристанью, прорезая соленый морской воздух. Моринар взглянул на меня.
– Кто вы, госпожа?..
– Ветана. Я лекарь. Несколько десятков дней назад я была приглашена в порт. Произошел несчастный случай, лекарь был пьян, лечить было некому, но мне повезло. Я смогла спасти жизни двоих пострадавших. Господин Сайм, местный лекарь, приходил, пытался узнать, как я их лечила, но мы… не нашли общего языка. Я его выгнала, и он затаил злобу. Один из тех, кого я лечила, умер сегодня, и лекарь обвинил в его смерти меня. Господин Логан решил сам во всем разобраться.
Глаза Моринара сощурились. Я отчетливо поняла, что Логану пришел конец, такого выверта ему канцлер не спустит, но пожалеть начальника порта не тянуло. Он бы меня не пожалел.
– Во-от как. Что ты можешь сказать на это, Логан?
– Ваша светлость, мы пытаемся прояснить ситуацию…
– Да неужели?
И столько иронии в голосе. Ах, вы пытаетесь? Как мило.
– Что ж, если вы начали здесь эту пародию на судилище, думаю, стоит продолжить, – почти пропел герцог. – Расскажите все, госпожа Ветана.
Подивившись тому, что герцог запомнил мое имя, я послушно рассказала о случившемся в подробностях. Как позвали, как лечила, какой был прогноз и какое уныние охватило Ренара. Надо отдать герцогу должное, слушал он внимательно и серьезно, не поправляя и не перебивая. И, когда я закончила, кивнул лекарю:
– Слушаю?
В третий раз у Сайма вышло вовсе уж убедительно, но Моринар морщился, глядя на тело несчастного Ренара. Не верил? И правильно, я тоже не верила. Все молчали, пока герцог не соизволил заговорить.
– Что скажешь, Логан?
Вот тут Логан и понял смысл выражения «карась на сковородке». Бежать некуда, а припекает. И исход печальный.
– Я… я не уверен.
– Но ты же допустил этот самосуд, значит, о чем-то думал? В чем ты не уверен?
– Обе истории выглядят достаточно убедительно.
– Ах обе?
Терять Логану явно было нечего, потому что он ринулся в атаку.
– Сайма я знаю давно, а эта девица даже в городе пришлая.
