– И поэтому на меня выгодно свалить все грехи? – возмутилась я. – Ваш лекарь человека отравил, чтобы теплого места не лишиться, а меня, которая старалась помочь, подставил – и что? Подло это, господин Логан!
– И как же я дал ему яд? – ехидно уточнил лекарь.
Показалось мне, или что-то дрогнуло в его голосе?
Я на миг задумалась. А как? Выпить? Была бы рвота. В кровь?.. Но… но…
Знаю!
Я принялась разматывать бинты с культи.
– Скорее всего – вот так! Ренара мучили боли в ноге, он жаловался вам. Чего уж проще – дать ему мазь и сказать, что поможет! И отравить!
И верно, культя была странного цвета. Черно-синяя, да и запах…
– А то, что ему стало плохо в порту, послужило приятным дополнением!
– Это все выдумки! – завизжал лекарь, но канцлер уже его не слушал.
Подошел ко мне, осмотрел тело.
– Может, вы сами отравили беднягу, а теперь сваливаете на Сайма?
Я вскинула голову.
– А вы расспросите госпожу Ренар! Что я давала, что говорила, проверьте все мази и настои, которые у него есть! Мне бояться нечего!
– Но вы знаете, чем травили.
– Я лекарка, я должна в этом разбираться.
– Хм-м… Крох!
Один из сопровождающих герцога отделился от свиты.
– Немедленно сюда моего личного лекаря. В чем дело, ему не рассказывать, мне нужно независимое мнение. И это ко всем относится. Кто рот откроет – языка лишится!
Крох улетучился быстрее струйки дыма в ветреную погоду. Моринар перевел взгляд на следующего.
– Тревор, изволь отправиться в дом к лекарю и следи там, чтобы никто ничего… Ты понял?
Тревор понял. А я насладилась выражением замешательства на лице Логана.
– Кейтен, изволь отправиться к госпоже Ветане домой. Задание то же. Ваш дом?..
Я послушно назвала улицу и даже отдала ключ.
– Ваша светлость, надеюсь, ваш человек меня дождется?
– Безусловно. Или вернет вам ключ.
Скрывать мне было нечего, пусть дожидается. Пусть даже дом обыщет…
О-о-ох!
Жемчуг под половицей? Но это же не яд! И может, я его купила? Специально деньги откладывала? Такое тоже бывает. На нем не написано, куплен он в лавке с королевской печатью или у контрабандистов!
Так что я расслабилась, а вот лекарь, наоборот, занервничал. Было, было что-то такое в его доме, что лучше не показывать людям. Хотя и странно это… Там же несколько лекарей, и они сменяют друг друга.
Я задумалась.
Ренара отравили сегодня? Да, безусловно. Даже если его подтравливали до того, критическую порцию яда он получил здесь и сейчас. Мазь? Отдал ли лекарь ее с собой? А ты бы отдала яд туда, где он может попасть в чужие руки?
– Ваша светлость! – мой голос прозвучал неожиданно громко. – Позвольте одну просьбу?
– Да?
– Прикажите обыскать меня, тело Ренара и господина Сайма. Может, мы найдем нечто, проясняющее ситуацию?
И вот теперь лекарь побледнел. А деваться было некуда.
– Госпожа Ветана, как вы себе это представляете?
– Ну… найдутся же здесь женщины? Наверняка? Я согласна довериться кому угодно, пусть любой человек осмотрит мою одежду. Мне скрывать нечего. Если я отравила Ренара – где яд?
– Да ты его и выбросить могла! – заверещал лекарь.
– Не могла, – подал голос Шаронер. – Я все время был рядом с госпожой Ветаной! Я в храме поклянусь, что она ничего не выбрасывала!
– И я ничего не видел, – присоединился Тимир.
– И я…
– Я тоже…
Еще несколько голосов.
Люди, обычные люди, которые отстаивают то, что им кажется справедливостью. Меня. Мое право на жизнь. Я помогаю им, они помогают мне, на этом держится мир.
Канцлер тоже заметил растерянность лекаря – и кивнул своим людям.
– Обыскать.
Господин Сайм пытался верещать, ругаться, отбиваться, но все было напрасно. Через несколько минут канцлеру предъявили небольшую коробочку с зеленоватым содержимым. Мужчина повертел ее в пальцах, понюхал – и предсказуемо обратился ко мне:
– Госпожа Ветана?
Я послушно принюхалась. Запах травяной, но достаточно едкий. Что же сюда может входить? Коснулась пальцем мази, растерла ее… Кончики чуть захолодило. Состав я точно сказать не могла, но охлаждающий компонент мог быть добавлен, чтобы Ренар не заметил действия яда. А мог и не быть. Мало ли? Противоожоговая мазь тоже холодит, это нормально.
Канцлер кивнул.
– Отдам своему лекарю, посмотрим, что он скажет.
– Это надо смотреть на человека.
– Неплохая идея. Корн?
– Да, ваша светлость?
– Возьми склянку и отправляйся в тюрьму. Наверняка там найдется кто-то, приговоренный к смерти. Надо нанести мазь… Куда, госпожа Ветана?
– Думаю, на открытую или заживающую рану.
– Последишь за этим, потом расскажешь. Или господин Сайм сейчас сам расскажет?
Глаза канцлера впились в Сайма, словно лезвия, – и тот не выдержал. Дрогнул.
– Господин канцлер, я…
– Так все-таки девушка права? Да?
Сайм мог бы и не признаваться. Выглядел он так, что в толпе кто-то плюнул да и отвернулся.
Канцлер повернулся ко мне.
– Госпожа Ветана, с вас сняты все обвинения. Вы можете идти с миром. Корн, сопроводи господина Сайма в тюрьму. Его судьбу решит королевский суд, но не самосуд. А с вами, Логан, у меня будет серьезный разговор.
Судя по лицу господина Логана, ничего хорошего от разговора он не ждал. Но и сочувствовать ему не тянуло. Он бы меня не пожалел, так что туда ему и дорога.
