– К господину Логану? В дом?
– Да. Мэт, вы понимаете, что Ренара отравили?
– Отравили? Я думал, это…
Мэт зачесал в затылке, видимо, так и не определив, что именно – это? А и верно – что? Сердечный приступ? Солнечный удар? Какая-то травма? Нет, нет и еще раз нет. А вот если лекарка говорит, что это яд, – стоит прислушаться.
Мэт кивнул, подозвал Шими и что-то шепнул ему. Мальчишка послушно отстал.
– Справится?
– Вы его недооцениваете, госпожа Ветана.
– Надеюсь. – Сейчас от расторопности Шими зависела моя жизнь. – А вы у лекаря не бывали?
– Даже и не заходил. А зачем?
– Травки какие взять, обезболивающее или что еще?
– Нет. Вот Нот к нему забегал, есть… было дело.
– А зачем?
– Хандрил он, госпожа Ветана. Вроде здоровый молодой мужик, а калека… И нога болела.
– Нога?
– Призрачные боли. Ноги нет, а больно. Лекарь ему и стал давать какие-то порошки, чтобы ее притупить.
– Ах вот оно что…
– Думаете, это из-за порошков?
Я решительно замотала головой.
– Нет, это не порошки, тут другое. Дайте мне все обдумать, Мэт.
– Нет у нас времени на обдумывание, – мрачно буркнул Шаронер. – Сейчас уже придем.
– Ничего, мне хватит.
Я внутренне собиралась с мыслями. Главное – сейчас не паниковать, не истерить, не ругаться. Если я начну это делать, ко мне прислушиваться уже не станут. И даже мой дар ничем тут не поможет.
Даром таких, как начальник порта, не проймешь, им бы деньги, да власть, да связи. И, скорее всего, у портового лекаря это все есть. А у меня вообще ничего нет, кроме дара и характера. Но это же не повод сдаваться, верно? Э-эх… попала ты, Вета, как карась в кипяток.
Здание из тесаного белого камня неуклонно приближалось.
Господина Логана я видела впервые и рассматривала его без всякого стеснения. Высокий темноволосый мужчина лет шестидесяти сидел за массивным столом из темного дерева и что-то писал. Смотрелись они, кстати, очень органично. Тяжелый стол – и за ним такой же здоровущий господин Логан.
Грубоватое, словно из камня вырезанное лицо с крупными жесткими чертами и бороздами морщин, седые волосы, светло-серые глаза, неожиданно неприятные на лице, продубленном морскими ветрами и туманами, тяжелые руки спокойно лежат на столешнице.
Он ждет. Уже знает?! Серьезно? Поверить не могу.
Но, глядя в серые глаза, я отчетливо понимала, что знает. И более того: настроен против меня. Не враг мне, но и не друг. Так что если понадобится – меня выкинут толпе на растерзание. А не хотелось бы.
С другой стороны, толпа – мой единственный шанс на спасение. Голова работала, как никогда, четко, я понимала, что Логан в порту – закон и порядок, как он скажет, так и будет. Опротестовать его решение я могу только в королевском суде, но туда еще дойди! Лекаря он знает, судить будет в его пользу, то есть…
Вариант только один.
Чтобы суд проходил при всем честном народе.
Вот тогда у Логана не будет выхода. Если он покривит душой, то потеряет и доверие людей, и свое место, а оно для него определенно важно. Но смогу ли я доказать свою невиновность? Это вину доказать легко, а ты попробуй докажи, что тебя подставили?
Только вот другого пути определенно нет. Либо я согласна на самосуд и гибну здесь от рук толпы – гибну, потому что не умею с ней обращаться, – либо защищаю себя в королевском суде. Но удастся ли мне доказать вину настоящего отравителя?
Внизу живота все сжалось, жутко захотелось в туалет. Ничего, потерпишь! Главное – момент не упустить.
– Господин Логан, – заговорил Тимир, – тут такое…
В его изложении все выглядело достаточно просто. Ренар и Шаронер были случайно покалечены. Поскольку лекарь был пьян вдупель, лечила их я. С Шаронером все в порядке, а вот Ренар сегодня умер. И я ему помочь ничем не успела. А лекарь обвинил конкурентку в убийстве.
Господин Логан выслушал и кивнул.
– А вы что скажете, Сайм?
Лекарь развернулся во всю ширь ораторского искусства.
Он-де не пьян вовсе даже был, а отлучился по важному делу. Неотложному. И помощь оказать не успел. Хотел потом осмотреть пострадавших, но наглая девица его не пустила. Это, конечно, из-за денег. А лечить женщины не умеют, нет, не умеют, они вообще только для одного пригодны. А вот если бы он тогда… был бы сейчас Ренар жив. Наверняка это я что-то сделала не так.
Гнать меня, дрянь такую, надо из города.
Господин Логан дослушал и перевел взгляд на меня.
– Что вы скажете в свое оправдание?
Ах вот оно как?
Оправдание?
Я спокойно посмотрела на мужчину.
– Вы считаете, что мне есть в чем оправдываться?
– Не играйте словами. Сайма я знаю уж лет двадцать, работник он хороший. И Ренар был хорошим парнем. А вы кто?
– А я человек, который требует справедливости. И я прошу, чтобы меня судили при всех! Мои слова против его слов! Что у вас есть – что вы его сто лет знаете?! Тогда вы не можете судить нас, потому что пристрастны!
Я топнула ногой.
Господин Логан прищурился.
– А королевский суд вас устроит?
Про это я тоже слышала. Но чего мне было бояться и что терять?
– Я невиновна! И бояться мне нечего!
– Кроме человеческой подлости и предвзятости, – отчетливо добавил рядом со мной чей-то голос. Я оглянулась.
Шаронер?
