На лежавшую передо мной топографическую основу были нанесены только горы. В принципе, логично. Эти карты и делали с расчетом на наблюдение за труднодоступными участками. На равнине проще организовать пограничные заставы, а вот в горах на это понадобиться гораздо больше и людей, и денег, и ресурсов. Потому нахождение в крепости такого крутого артефакта было понятным, не всегда же здесь обитали драконы. Стоп. Не всегда?
Но карта уже разворачивалась, мне стало не до размышлений, тем более, что драконы повскакивали с мест. Что ж реакция понятная - сам так скакал.
Артефакт вырос на столе во всей красе, разве что не сверкал, показав настоящее величие тех знаний и технологий, которые были в нём собраны. Видно было всё, до последнего камня, до самого маленького чахлого кустика, до тонких вытоптанных зверьем троп. Вон там, вдоль стены, летит беркут, что-то высматривая внизу. У самого подножья Стамбута переполошно срывается с места сайгачье стадо. А стая красных волков медленно бредет цепочкой по перевалу. Яркие, резкие тени в лучах утреннего солнца вычертили Серые Горы во всем их диком великолепии.
Можно жить долго. Можно много знать и даже представлять себе как выглядит то, о чем ты читал, слышал… И совсем другое дело видеть. Восхищение, граничащее с трепетом, читалось на драконьих лицах без всякой магии.
Я приблизил рукой участок крепости, где в первой драконьей ипостаси сидел, сливаясь со скалой, серый дракон. Видимо, дозорный. Рядом с ним спал второй, укрывшись крыльями, и смешно подрагивал лапой во сне.
Тихий вдох благоговения пронесся по залу.
Я провел ладонью по карте, и… она стремительно свернулась, превращаясь в тусклую «скатерть».
Наверно, в насупившей тишине мои слова прозвучали изощренным издевательством.
- Как открыл. Так и закрою.
- Да… ты… - дракончик кинулся ко мне чуть ли не с кулаками.
- Хайт! - кто его остановил, я не увидел. Да и зачем? - Сядь, не позорься. Тишан, что вы хотите за остальные?
Вот с этого и надо было начинать.
- Неплохо бы позавтракать.
1
Настроение у оборотня с раннего утра было паршивым.
Саня, прикорнувший возле кровати паренька трактирщика, ближе к полуночи зашел в гостевую комнату, где Машка и Алабар пристроились на диванах, разбудил и сказал, что Ирби заметался в горячке. Судя по всему, ребенок простыл, и лекарь просил сходить вниз на кухню, нагреть и принести горячей воды. А если есть, и молока.
Оставшиеся полночи Машка ворочался на жестком диване, не в состоянии уснуть, с рассветом кое-как задремал, но почти сразу услышал стон. Теперь в горячке заметался дракон.
На вопрос «что случилось?», Алабар посмотрел на оборотня больными глазами, и удивленно прошептал, что ему «вроде бы» плохо. Болит всё, даже горло, хотя у драконов оно болеть не может никак. Горестный предсмертный шепот «я что, умираю?» Машка прокомментировал трехэтажным матом, и пошел за Саней. Лекарь тоже не стал себя сдерживать, красочно обрисовал ситуацию на шушальском, и принялся за лечение. Горькие пилюли, теплое молоко (на кухне его оказалось вдоволь) и холодный компресс на высокий драконий лоб. Наверно еще никто из крылатого племени не удостаивался высокой чести подхватить банальное, человеческое воспаление легких.
Так что сидел сейчас оборотень в столовом зале, задумчиво покачивался на стуле, и настроение у него было паршивым.
Мимо с показной старательностью моталась туда-суда вчерашняя служанка, расставляя стулья, протирая столы, то и дело поправляя передник и наклоняясь завязать якобы распустившиеся шнурки. Она и ее мамаша с раннего утра уже были в трактире, разжигали печи, наполняли водой кастрюли, терли полотенцами тарелки.
- Молодой господин желает что-нибудь? - наконец не вытерпела девица, видя что «молодой господин» на нее никак не реагирует.
- А? - встрепенулся Машка. - А-а…Нет. Да, то есть. Манную кашу, и побольше.
Девица поморщилась, не скрывая своего недоумения, и Машка, ехидно поинтересовался.
- Есть еще какие-то вопросы?
Она, гордо перекинула рыжеватую косу на спину, качнула широкими бедрами и неторопливой походкой скрылась на кухне. Что-то сказала матери, обе приглушили говор, и затарахтели чугунками.
В зал, по тесной крутой лесенке, держась обеими руками за перильца и приставляя шаг, спускался Дарек. Он был бледен и хмур, и недовольно поглядывал на оборотня.
- Тебя очередная муха укусила, что ты решил подняться с кровати? - поинтересовался Машка. - Могу напомнить, что услуги нашего лекаря стоят дорого, и второй раз он уже не станет с тобой возиться. Добьет из жалости к твоему пустому кошельку.
- Я не просил себя лечить, - буркнул парень, опускаясь на стул. - И вообще, кто разрешал вам занимать комнату? Не про вашу честь апартаменты.
Оборотень хмыкнул:
- Какие мы слова, однако, выучили. Полегчало тебе, видать. Слышь, ослик с ушами, я ж не посмотрю, что ты у нас слегка подрезанный, я ж и накостылять могу. В сугубо воспитательных целях.
- Воспитателей собралось… Как крысюков на помойке. Чё прицепились-то? Проваливайте. Берите вон оплату… кастрюлями и идите… куда шли.
- Гордый?
