Решение пришло само. Я послал приказ... только не смейтесь. Я послал приказ заткнуться.
И все стихло. Но они ждали. Ждали, когда я разрешу им говорить.
Откуда у меня эта способность взялась? Не было же! Но я точно знал, что, если не начну спрашивать сам, меня затопит выплеснутая из них из всех память. Ничем иным, как памятью камней этого не объяснить. Они будут пытаться каждую ночь мне что-то рассказать. К гадалке не ходи, будут. Я даже Пончику позавидовал - дрыхнет без задних ног.
Что ж, как сказал шеф Тайной Стражи? Не отказывайся от подарков судьбы? А эта моя способность подарок? Подарок. Вот и будем слушать всех по порядку, в строгой, так сказать, последовательности. И начнем с комнаты. Итак, родная, чего ты тут хотела мне поведать?
Оказалось, что поведать мне стены моей комнатенки могут далеко не все. Только самое-самое, по их разумению. Если допустить, что у известняка есть разумение. Мне было сообщено, что раньше здесь была лакейская, в которой жили муж и жена, что прожили они тут недолго, потому что часто ссорились между собой, и муж, бывало, даже слегка побивал жену, за особо вредный характер. Эмоции при этом зашкаливали, дым стоял коромыслом, а стены не любят крики и драки, потому они и запомнили этих двоих лучше всего. В конце концов, обоих выгнали из замка. Да-да, из замка. Крепость «Тихая» раньше была замком, и хозяев у него было немало. Но обо всех рассказывать камням, оказывается, неинтересно. Что было интересно им, я спрашивать не стал, но мне хотелось узнать, кто сделал черный базальтовый умывальник. Вещь красивая, сложная, можно даже сказать уникальная. Я такую увидел в первый раз, а ее полировка меня вообще восхитила - думаю и в королевском дворце такое было бы уместно. Стены «замерли», а потом «удивились»: «Ты его сделал!». Я не понял. Как я мог его сделать? «Сразу сделал». Как понять сразу? «Сразу. Когда рождались сами стены».
Я ничего не понимал. Попробуй разобраться в чужой памяти, особенно, если она каменная. Ничего не придумал кроме как спросить: «А как я выглядел, если именно я сделал умывальник?» Тут у стен слов не хватило, и они попросту впихнули в меня образ. И то, что я увидел, озадачило меня окончательно. Я словно в тумане увидел крепкого парня, с правильными чертами лица, светло-голубыми, почти белыми глазами и короткими волосами. Тоже белыми. Н-да... «Это я?» - спросил у камней. «Да-да-да!», ответили мне радостно... И чему тут радоваться? «Хозяин!» вдруг выдали стены. Я опять не понял, чей хозяин? «Наш!» - выдали стены еще радостнее.
Какой я им хозяин? Что-то путают они. А еще я понял, что для камней нет понятия времени. Для них все «сегодня», в крайнем случае «вчера». И то, что могло быть век назад, у них «сейчас».
Я почувствовал, что выдохся. Концентрацию в «разговоре» приходилось держать, иначе просто наваливалась беспорядочная информация. И я уже не мог ее воспринимать. Пришлось пообещать поговорить завтра, если они дадут мне поспать. Согласия не дождался. Уснул. Хватит с меня на сегодня впечатлений.
День девятый
День девятый.
1
Утром мы с Пончиком проснулись одновременно и внезапно. От дикого вопля сигнального горна.
Всепроникающий визг и хрип заставил нас обоих подскочить и ошалело уставиться друг на друга. Через пару мгновений я, наконец, осознал, что это всего лишь утренняя побудка.
Тут же возникло желание тихо придушить горниста, что бы он, болезный, так не мучился.
Вспомнив, что нахожусь я все-таки в военной части, а не на Росских курортах, быстро оделся, плеснул в лицо водой из умывальника и выскочил во двор.
Зря торопился. Никого во дворе еще не было.
Делать было нечего и я как следует рассмотрел двор. Собственно, ничего необычного. Небольшое пространство, шагов пятьдесят на сто, мощеное гранитом - да, гранитом - с поилкой для лошадей посередине и фонтанчиком в ней. Тоже из гранита. Чисто, пусто. Цветов нет. Как-никак, а здесь вам не институт благородных девиц. Двор находился в центре трехуровневого строения, которое я видел с моста. Так, что попасть во двор снаружи можно было только через ворота. Ну, и соответственно из этого прямоугольного строения во двор, с разных сторон, выходили двери. От казармы, от изолированных комнат, от лестниц, ведущих на другие уровни, от кухни, и даже от уборных. Поэтому во дворе стояло слегка специфическое амбрэ. А вот конюшню и кузню я не видел. Мне Харт еще не все показал.
Вскоре во дворе начал появляться рядовой состав, а затем подтянулись и офицеры. Построение прошло буднично - определились кто, где и куда. Кто будет в дозорах, где будет находиться и куда его пошлют, если он туда не пойдет. Как я понял, после смены караульных на двух башнях, свободные от несения службы должны трудиться на благо крепости и уйдут заготавливать дрова на зиму.
К слову, в крепости было две башни. На одну можно было подняться прямо со двора по винтовой лестнице, другую отсюда видно не было. И мне предстояло всё здесь облазить.
2