Прадед думал, что ведьма заберет камни и улетит с острова, но она развела большой костер и уселась около него. Когда огонь почти погас, ведьма разбросала тлеющие головешки и переложила камни на место бывшего костра. Камни нагрелись, и их свечение прекратилось. Женщина поочередно брала камни в руки и разминала до тех пор, пока камень не становился мягким и податливым, как тесто. Из этого каменного теста она вытягивала нити. Работа была трудная, кропотливая и отнимала у нее много времени и сил.
Луна постепенно смещалась на небосводе и ведьма все чаще посматривала на начавший алеть восток. Она торопилась закончить нелегкую работу до восхода солнца, но камней было много, и часть их так и осталась лежать на земле.
Ведьма разложила грязные нити сушиться на теплом месте от костра, улеглась рядом с ними и, утомленная работой, быстро заснула.
Прадед из озорства подкрался к ней, стащил камень и несколько нитей и, чтобы не быть застигнутым с поличным, быстро улетел с острова. Дома он рассказал жене о своей проделке. Жена для приличия немного поворчала на него, нечего, мол, приносить в пещеру всякую грязь и ненужные вещи и бросила камень в угол пещеры, а нити в костер...
Дракон интригующе посмотрел на затаившего дыхание Илвана и, выдержав паузу, многозначительно произнес:
- Каково же было их удивление, когда нити не только не сгорели в огне, а стали белее снега! С той поры белоснежная реликвия передается нами, драконами, из поколения в поколение и охраняется пуще ока.
- А камень? Что сталось с камнем? - с нетерпением спросил Илван.
- О! Камень - это совсем другая история! Я расскажу тебе ее позже. А пока и тебе, и мне надо немного отдохнуть. Сегодня день полнолуния, и мы должны успеть попасть на заветный остров. По дороге я обучу тебя словам заклинания ведьм. Пока ты будешь искать голубой камень, я буду охранять тебя и отгонять от острова ведьм, если они вдруг там появятся.
- Ваше Драконство! А всё же, зачем именно мне нужен голубой камень? - дрогнувшим голосом повторил Илван вопрос, не дававший ему покоя. Ему не хотелось учить заклинание, но еще больше он опасался возможной встречи с ведьмами.
- Ты что не внимательно меня слушал?! Тебе нужно добыть из камня пряжу ведьм, а мои ткачи соткут из нее для тебя кожу саламандры.
Глаза царевича округлились, и, икнул от страха, он отпрянул назад.
- Я... Я совсем не хочу быть саламандрой! Я хочу вернуться домой человеком! - чуть не плача произнес он и обреченно добавил: - Или не вернуться совсем!
Дракон, видя, какое действие произвели его слова на человека, поспешил успокоить:
- Не бойся! Обещаю, что надев кожу, ты не превратишься в саламандру, а так и останешься человеком!
Илван ничего не понял из сказанного и теперь растерянно переводил взгляд с дракона на саламандр и обратно. Его потерянный вид развеселил дракона. Он громко захохотал, и с потолка пещеры посыпались мелкие камушки. Юноша с опаской посмотрел вверх и насупился.
- Чем насмехаться надо мной, лучше объясните все по порядку! - обиженно произнес он.
- Извини, но это не моя тайна! Я открою ее тебе, когда ты добудешь голубой камень! Если ты хочешь вернуться домой и жениться на своей избраннице, то ты должен во всем довериться мне и делать так, как я говорю! - примирительно сказал старый дракон, и царевич понял, что другого выхода, как отдать свою жизнь в драконьи лапы, у него нет.
Остаток дня они провели в пещере, и, когда на остров начали опускаться сумерки, дракон с трудом разбудил крепко спавшего гостя.
Илван открыл глаза и увидел перед собой ужасную драконью морду. От неожиданности он вскрикнул и зажмурился, думая, что это страшный сон. Затем подергал себя за ухо, снова открыл глаза и опять увидел ту же морду. Царевич понял, что это не сон, и начал отмахиваться от страшного видения, испуганно при этом бормоча:
- Чур меня! Чур меня!
- Ну, и крепко же ты спишь! Не сразу и добудишься! - не обращая внимания на причитания Илвана, с завистью произнес дракон. - Когда я был моложе, то я тоже крепко спал, но с возрастом мне становится всё труднее засыпать. Да и сон стал уже не тот. Просыпаюсь от каждого шороха.
Пока дракон произносил свою тираду, Илван окончательно проснулся. Он вспомнил, где находится, и посмотрел по сторонам. Саламандр в пещере не было. Легкая краска смущения залила щеки царевича, и он пробормотал:
- Извините, пожалуйста! Я крепко спал, а проснувшись, не сразу сообразил, где нахожусь. Нам что, уже пора лететь?
- Да! - ответил дракон и нажал когтем лапы на камень, выступающий над изголовьем каменного ложа.
Огромный камень со скрежетом сдвинулся с места, и за ним открылся ход, уходивший куда-то наверх. Дракон смерил юношу взглядом с головы до пят и сказал:
- Иди за мной и ничего не бойся! Ход местами сужается. Пригибай на всякий случай голову пониже.
С этими словами дракон скрылся в темноте потайного хода, и Илван поспешил за ним. Едва он успел нырнуть в тоннель, как каменное ложе встало на место, отрезав ему дорогу назад.