Услышав, как голос Винсента становится громче, я скатился с Аделиты и сел на шезлонг. Винсент и еще трое охранников вернулись в зону бассейна через несколько секунд. Винсент мгновенно посмотрел на Аделиту. Он заговорил с ней по-испански, и она ответила. Она снова держала книгу, на ее лице была улыбка, а помада была выведена из того места, где она размазалась. По крайней мере, большая ее часть.
Почти вернулась к идеальной принцессе, которой она притворялась, но я знала, что она не была ею. Я видела трещины.
Когда Винсент посмотрел на меня, а затем ушел, я наклонился и сказал: «У тебя помада размазалась, принцесса». Я ухмыльнулся, когда ее бешеные темные глаза встретились с моими. «Ты выглядишь как шлюха». Я вскочил на ноги и помчался через бассейн, пока не оказался в гостевых апартаментах. Я захлопнул дверь и практически побежал в душ. Я зажмурился, позволяя воде смыть кокос с моей кожи, мятный и розовый аромат. Смыть прикосновение Аделиты, ее чертовски нечистое прикосновение, с моего тела... и ее вкус с моего рта. Мята и сладость и чертово ощущение ее шлюховатого языка, скользящего рядом с моим. Ощущение ее сисек на моей груди и ее между моих ног. Высвобождая ярость, которая копилась с тех пор, как она вышла к бассейну... бля — раз уж я попал в этот мексиканский ад — я сжал руку в кулак и отправил ее в полет в стену. Синяя плитка разбилась и упала на пол вместе с моей кровью. Я оставался там, пока вода надо мной не остыла, ненависть не угасала... хотя на этот раз она была не к Аделите. Вместо этого она была к себе. Мой член все еще был твердым, как гранит. Он становился только тверже, чем больше я вспоминал ее рот на своем, ее язык, ее сиськи... ее гребаный вкус. Поэтому я снова ударил кулаком по стене. Я ударил и ударил, пока не понял, что на моих костяшках есть трещины, а кожа на них сошла, и ничего не осталось, кроме сырой плоти.
Но это не помогло. Эта сука была у меня в голове. Ведьма ебаная, вот кем она была.
Всего лишь чертова ведьма.
