— Не-ет, милорд, я не смогу! — заорал на весь лес Питер, получив ментальный приказ Волдеморта. — Это ужасно. Умоляю, мой господин, я не хочу этого делать!
— Тогда ты умрёшь сам, червяк, — раздался ледяной голос Волдеморта. — Бери нож и делай, что я сказал!
Внезапно зашевелились кусты, и на поляну выползла огромная гадюка.
— Ты пришла на зов, моя прелесть, — прошипел Волдеморт довольным тоном. — Сейчас мы проведём один ритуал. Я обрету тело, а ты вернёшь себе разум. Проследи потом за Питером, дорогая Нагайна. Если он попытается сбежать, съешь его!
Под утро заляпанный кровью Петтигрю, спотыкаясь и плача, брёл по туманному лесу, крепко прижимая к груди шевелящийся свёрток. А позади него медленно ползла змея, которая недавно получила неожиданный ужин и, возможно, была бы не прочь перекусить ещё.
Бартемиус Крауч выступал на заседании Визенгамота, когда внезапно у него пошла горлом кровь. Уважаемый работник Министерства магии захрипел и упал без сознания. Прибежавшие целители определили сильнейшее магическое истощение, вызванное неизвестным колдовством и обрывом связи с источником. После чего Бартемиуса спешно увезли в Мунго. В подвале его родового особняка ещё некоторое время можно было заметить тающие осколки взорвавшегося алтаря.
В спальне на втором этаже дома впервые за много лет осознал себя младший Крауч и залился смехом, в который вплетался горестный плач домовушки. «Империус» главы рода дало сбой, и Барти наконец-то понял, где находится. Маггла на кухне попала под взрыв алтаря и умерла, упав головой в камин.
«Лорд возвращается!» — мелькнула в мозгу «Пожирателя» радостная мысль, и Барти в очередной раз безумно захохотал. Вонь и дым от сгорающего в камине человеческого тела наполнили дом, младший Крауч закашлялся и прохрипел: — Винки! Убери внизу сейчас же! А потом пожрать мне принеси.
Верная домовушка исчезла, и через какое-то время дышать стало значительно легче. Барти вытер лицо и понял, что из носа капает алая жидкость.
— Свобода пахнет кровью и сгоревшими трупами, да, папочка⁈ — снова засмеялся Барти. — Надеюсь, ты сдох, старый упырь! Винки! Мать твою эльфийскую, где моя еда? — проорал он надсаживаясь.
Раздался хлопок, и перед Барти появилась старая домовушка с подносом в руках. Первым делом младший Крауч схватился за бутылку с огневиски и присосался к ней, зажмурив глаза от удовольствия.
«Как ужасны ментальные чары, и как же хорошо, что отец умер», — запульсировала в висках счастливая мысль. Барти ощущал метку Лорда необычайно ярко, будто с господином его связывало что-то ещё, помимо клятвы. Какое-то ощущение, которое возникает само собой только между близкими кровными родственниками.
— Волдеморт скоро будет здесь, он вернулся! А ты сдох, старая сволочь, сдох! — заорал Барти, безумно сверкая глазами. Мужчина швырнул пустую бутылку в стену и в который раз за сегодня начал безумно хохотать, прыгая на кровати. В углу, закрыв мордочку ручками, бесшумно страдала старая домовушка. Внезапно она почувствовала, как обуглившаяся было в ауре нить связи с главой рода дёрнулась, а потом вновь натянулась и торжествующе зазвенела.
Барти пролетел мимо кровати и упал на пол, чудом не размозжив голову об тумбочку.
— Отец жив? — неверяще прошептал младший Крауч, потирая шишку, и бешено начал стучать кулаками по полу, заходясь в крике: — Нет, нет! Он же умер! Ну почему он ожил, Мордред его пожри?
Когда старая домовушка аппарировала по зову хозяина из особняка, Барти забился в самый уголок кровати, спрятал голову под подушку, как бывало в детстве, и завыл. Если глава рода жив, значит, «Империус» вновь с минуты на минуту поглотит остатки разума его сына.
Библиотека подарила Палпатину множество идей для развития личного могущества, основанных на кровавых ритуалах. Тёмный клан Блэков не зря боялись и ненавидели многие маги. Шив заинтересовался книгой, в которой была подробная инструкция по запуску механизма преобразования тела на молекулярном уровне. Для активации этой способности требовалось провести темномагические ритуалы, но Палпатина это не беспокоило. Однако был нюанс: найденная методика предназначалась только для носителей определённого генома. Впрочем, Шив на этот счёт не волновался, бабушка Лонгботтома, Каллидора Блэк, несомненно, оставила нужные клетки в телах своих потомков. Осталось провести несколько ритуалов, после которых родовая способность проснётся и в его теле.
Спустившись к алтарю, Шив быстро провёл первый ритуал, однако ничего не случилось. Палпатин не ощутил в себе изменений и новых возможностей.
«Значит, я упустил какой-то неочевидный нюанс», — подумал он и отправился обратно. Один из старинных портретов, на котором был изображён голубоглазый мужчина в средневековом камзоле, сердито пробурчал:
— Вырожденцы! В само́м едва ли несколько капель нашей крови наберётся, а уже думает, каналья, что магия рода ему покорится! За всё надо платить, уважаемый, иногда даже жизнью!
