Он ухмыльнулся, потому что поведение Лавгуд нисколько не изменилось. Эту блондинку мало кто понимал, а многие однокурсники считали её ненормальной. Однако девочка пусть и разговаривала порой странно, видимо не просто так поступила на факультет умников, её оценки были ничуть не хуже, чем у остальных когтевранцев.
В прошлом году отец объяснил ему, что Лавгуды часто не могут понять, когда их собеседник думает, а когда говорит вслух. Поскольку мысли обычных людей часто хаотичны, Лавгуды привыкли считать, что живут в окружении ненормальных, а порой и очень агрессивных людей. Поэтому они старались не выделяться из толпы и вести себя как все. Разумеется, в их понимании.
— Чего улыбаешься? Видишь же, колючка недоволен? — спросила она. — Твоему кактусу не нравится запах вокзала, надо поскорее спрятаться в купе.
Невилл кивнул, нашёл в толпе Августу Лонгботтом, которая общалась с какой-то важного вида волшебницей, и крикнул:
— Пока, бабушка!
Та посмотрела в его сторону и помахала рукой, после чего тут же вернулась к прерванному разговору. Он положил чемодан Луны на свой летающий сундук, и они вместе с ней отправились искать подходящее купе. Лавгуд всю дорогу щебетала, рассказывая, как путешествовала с отцом по совсем уж диким местам в поисках мифического морщерогого кизляка.
К изумлению Невилла, Луна каким-то невообразимым способом сразу обнаружила пустое купе. Он разложил багаж и вдруг понял, что забыл Тревора у бабушки в сумочке. Вначале Лонгботтом собирался оставить Мимбулус Мимблетонию с Лавгуд, но решил, что это может быть просто опасным.
«Любопытная Луна полезет к кактусу снова, и как отреагирует на это магическое растение — непонятно. А вдруг тот захочет её убить?»
Оставив сундук в купе, Невилл быстро выбежал на перрон и с облегчением понял, что бабушка ещё никуда не ушла. Августа Лонгботтом по-прежнему общалась с какой-то волшебницей. Едва не протаранив кактусом нескольких человек, Невилл подбежал к бабушке и выпалил:
— Я Тревора забыл, ба!
Совсем не удивившись его рассеянности, та открыла сумочку и через мгновение сунула ему в руки недовольно квакающего жаба. За эти годы фамильяр заматерел, и подросток удерживал того с некоторым трудом. Тем более Тревор выражал хозяину явное недовольство и норовил треснуть лапкой побольнее. По дороге назад Невилл встретил Джинни Уизли и Гарри Поттера. Почему-то те были только вдвоём. Ни рыжего Уизли, ни заучки Грейнджер с ними не было. Невилл даже осмотрелся по сторонам.
— Их старостами сделали в этом году, — ответила младшая сестра Рона на его удивлённый взгляд.
— Здорово, Невилл, — улыбнулся Гарри, пожимая ему руку. — А мы купе собрались искать. Давай с нами?
— Всё уже найдено, — улыбнулся он, — пойдёмте скорее, а то Лавгуд может нас и не дождаться. Вдруг ей станет скучно сидеть одной, и она затащит в купе ещё кого-нибудь.
— Мы что, будем ехать с полоумной Лавгуд? — недовольно скривилась младшая Уизли.
— Она хорошая, — заступился за блондинку Невилл. — Просто иногда говорит непонятно.
Однако шевеление губ Джинни он прочитал и внутренне поморщился, потому что та всё равно беззвучно обозвала Луну сумасшедшей. Младшая дочь рыжего семейства раздражала Невилла своей бесцеремонностью и вздорным, завистливым характером. Впрочем, это не помешало им вместе забраться в поезд и вскоре подойти к нужному купе. К их счастью, Лавгуд никого не пригласила, она по-прежнему сидела в одиночестве у окна и заинтересованно пыталась высунуть язык так далеко, чтобы суметь коснуться кончика носа.
Увидев компанию пятикурсников, она закрыла рот с таким хлюпающим звуком, что Тревор сразу же перестал вырываться из рук Невилла. Жаб оценивающе посмотрел на девушку. Видимо, услышав такой громкий «хлюп», он признал таланты Лавгуд в ловле комаров.
Невилл всё ещё держал в другой руке Мимбулус Мимблетонию. Внезапно иголки растения полностью втянулись, а на поверхности стали появляться зелёные волдыри, которые начали подозрительно пульсировать. Жаб нервно квакнул и обвис, притворившись мертвым.
«Успокойся, мой хороший! — тут же мысленно обратился Невилл к растению. — Луна не желает тебе зла… Нет-нет, — почувствовал он тревогу кактуса и желание того защитить хозяина. — Лавгуд не питается такими красавчиками, как ты или я, и всегда ведёт себя странно. Не обращай на неё внимания!»
Пульсация растения утихла, но Невилл всё равно чувствовал настороженность Мимбулус Мимблетонии, направленную на окружающих.
Гарри начал рассказывать, что с ним произошло летом, а потом с укоризной посмотрел на Невилла и произнёс:
— Министр Фадж и твой отец судили меня за самозащиту и едва не выгнали из Хогвартса. К счастью, директор Дамблдор не дал им это сделать.
Невилл изумлённо вытаращился на друга, и Гарри рассказал, как на него напали дементоры, а потом Министерство пыталось лишить его палочки.
— Я так и не услышал в твоём рассказе, в чём же ты обвиняешь моего отца? — раздражённо нахмурился он в конце.
— Как это в чём? — возмущённо всплеснул руками Поттер. — Ни твой отец, ни Фадж не поверили Дамблдору, когда тот сказал, что Волдеморт вернулся!
