Внезапно он почувствовал сигнал от гаргульи, охраняющей проход в директорскую башню. Посмотрев глазами каменного стража, Альбус увидел Долорес Амбридж и Корнелиуса Фаджа в сопровождении двух авроров, одним из которых был Кингсли Бруствер. Немного дальше стоял Персиваль Уизли, нынешний секретарь министра, который держал за шкирки двух старшекурсников.
В подростках Альбус сразу узнал Гарри Поттера и Мариэтту Эджком из Когтеврана. У девушки на лбу вспучилась багровыми шрамами какая-то надпись, а лицо Гарри Поттера выражало мрачное отчаяние. Удивлённый Дамблдор дал посетителям разрешение войти, и гаргулья загудела, медленно прячась в стене и тем самым открывая проход на лестницу в башню. Через минуту вся эта разношёрстная компания вывалилась из дверей у него в кабинете.
Амбридж тут же торжествующе посмотрела на Дамблдора и слащаво проквакала:
— Вот вы наконец-то и попались мне, Альбус! Ваш протеже, мистер Поттер, сегодня был задержан вместе с другими нарушителями моих указов! Более того, как выяснилось, все эти студенты входят в так называемый Отряд Дамблдора!
Она повернулась к Фаджу и всплеснула руками:
— А я много раз предупреждала вас, Корнелиус. Дамблдор собрался узурпировать власть! Он всё это время готовил себе маленькую армию из старшекурсников Гриффиндора. И эти его россказни про воскрешение Того-Кого-Нельзя-Называть служили лишь дымовой завесой для истинных планов Дамблдора! Директор Хогвартса — вот настоящая угроза нашей демократии, министр!
— Неправда! Мы всего лишь самостоятельно занимались защитой от тёмных искусств! Только чтобы к СОВ нормально подготовиться! — закричал Поттер, с волнением посмотрев в непроницаемое лицо директора. — Это я предложил друзьям заниматься самостоятельно. А вы ведь всё равно не собирались ничему нас учить!
— Спасибо, что ты меня выгораживаешь, мой мальчик, — улыбнулся Альбус и продолжил: — Но, во-первых, я как директор школы несу полную ответственность за всё происходящее в Хогвартсе. И, во-вторых, ваш кружок ведь действительно называется «Отряд Дамблдора»?
— Раз вы сами сознались, что хотели насильно занять мой пост, — мрачно сказал Фадж, — я вас арестовываю, Дамблдор. До начала разбирательства побудете в Азкабане, а потом суд Визенгамота решит, что с вами делать. Долиш, Бруствер, заберите палочку у бывшего директора и сопроводите его сразу в Азкабан!
Дамблдор мазнул взглядом по торжествующей физиономии Долорес Амбридж и усмехнулся прямо в лицо министру:
— А с чего это вам пришло в голову, дорогой Корнелиус, что я вот так просто отдам кому бы то ни было свою палочку? К тому же сквозняки Азкабана вряд ли будут полезны моему артриту. И мне кажется, вы забыли, кто я такой, министр Фадж. Впрочем, мы ещё с вами побеседуем, когда Волдеморт проявит себя. Тогда вы вспомните, что я вам говорил, — сверкнул очками Дамблдор и наставил на министра указательный палец. — Вот только потом отвечать перед Визенгамотом придётся уже вам, Корнелиус, а не мне. Ведь вы по своей глупости не хотите слышать моих предупреждений! Давайте сейчас я кое-что вам напомню?
И тут же возмущённого Фаджа, вскрикнувшую от страха Амбридж и аврора Долиша придавило к полу магией. Им показалось, что на каждого из них свалилось по четыре мешка гранитных камней. И если Долиш лишь крякнул и замер, напрягая все силы, но сумел устоять на ногах, то Корнелиус Фадж и Долорес Амбридж шлёпнулись на задницы и выглядели сейчас как жабы, расплющенные великаном. Магия Дамблдора подавляла окружающих своей мощью. И только Гарри фонтанировал восторгом, наблюдая за унижением Амбридж. Его настолько впечатлила демонстрация силы директора, что Поттер с трудом сдерживался, чтобы не зааплодировать.
Недолго понаблюдав, как Фадж и будущая жертва проклятья вяло шевелятся на холодном полу, Альбус про себя подумал: «Мне давно стоило побывать в Годриковой Впадине, посмотреть, как там родительский дом, гномов погонять в саду. Сходить на кладбище, могилки привести в порядок, в конце-то концов. Решено! Сделаю себе небольшой отпуск, надо будет только предупредить Аберфорта, чтоб присмотрел здесь за всем хозяйством». Мысленно позвав феникса, уже через секунду Альбус исчез в огненной вспышке, от которой волшебников разбросало по комнате.
— Вы хоть бы предупредили, министр, кого хотите арестовывать, — басовито рассмеялся Кингсли Бруствер, отряхивая шапочку, слетевшую с лысой головы. — А то мы с беднягой Долишем даже завещание не подумали себе составить. Это же Великий Светлый волшебник был, а не какой-нибудь шнырь из Лютного.
Палпатин стоял на самом краю обрывистого берега, но даже на такую высоту долетали солёные брызги разбушевавшегося моря. Полы мантии безжалостно трепал холодный ветер, но бывший ситх не обращал внимания на ярость стихии. Он наблюдал за тем, как несколько тёмных точек на горизонте постепенно превращаются в корабли. Белым пятнышком впереди них летела по волнам большая красивая яхта.
