Уютная обстановка спальни давно не радовала. Рано овдовевший мужчина во второй раз так и не женился, воспитывая дочь сам. Он не хотел предавать память супруги и причинять боль Панси. Лорд Паркинсон щелчком пальцев позвал домовика и попросил того наполнить бокал замечательным на вкус вином, производимым компанией Лонгботтомов. В голове Паркинсона закружились тяжёлые мысли, и он задумчиво сделал первый глоток, оценивая безупречный букет безумно дорогого напитка. Освежающая волна магии терпкой сладостью прокатилась по горлу, принося долгожданное облегчение.
Перед Хэллоуином он купил маггловскую фирму, производившую карамель «Лимонный шербет». А ещё через лавку «Яды и отравы Шайверетча» приобрёл сильнодействующий состав, которым начинили любимые конфеты Дамблдора. Прислать директору какой-нибудь про́клятый артефакт или пытаться отравить Великого Светлого волшебника, подмешав тому яд в алкоголь, было бы слишком наивным. Даже обычный английский маг практически всегда проверял еду и питьё на неучтённые добавки.
После консультации с итальянскими партнёрами, которые традиционно были мастерами в области ядов, в любимое лакомство Дамблдора был добавлен особый составной яд. Сам «Лимонный шербет» по-прежнему не нёс в себе ничего вредоносного. Однако стоит отравленному директору в дальнейшем выпить пару рюмок «Старого Огденского», как части магического яда объединятся с этиловым спиртом в особую смесь и быстренько разрушат организм жертвы.
На йольские праздники Панси пожаловалась ему, что не может починить прокля́тый шкаф, на который указал лорд Волдеморт. И тогда Паркинсон всего за несколько дней, потратив неприлично огромные деньги, нанял в Германии женщину-артефактора, которая под видом Панси станет чинить в Хогвартсе исчезательный шкаф.
Правда, для этого Паркинсону пришлось посвятить в свои планы профессора Снейпа. Иначе тот, как опытный легилимент, быстро разоблачил бы самозванку, несмотря на защитные амулеты волшебницы. Ведь, хотя в этом году Снейп перестал быть деканом Слизерина и получил вожделенную должность преподавателя ЗОТИ, большинство учеников змеиного факультета по-прежнему обращались к желчному зельевару со своими проблемами.
Снейп возражать не стал, только взял с нанятой волшебницы клятву, что та не будет причинять вред ученикам, даже если её случайно раскроют. Пообещав обойтись лёгкой коррекцией памяти, волшебница согласилась и после зимних каникул отбыла в Хогвартс вместо Панси. «Оборотное» зелье и помощь Снейпа гарантировали, что приказ Тёмного Лорда будет выполнен.
Паркинсон тяжело вздохнул, вспоминая сегодняшний день. Аврорское усиление в Азкабане наконец-то сняли, и Лорд приказал ему подкупить новую смену, чтобы освободить остававшихся в тюрьме «Пожирателей Смерти». Для этого Паркинсону пришлось через преступное сообщество магглов найти в обычном мире людей, похожих на Лестрейнджей, Долохова и остальных «Пожирателей». Хорошо, что Алекто Керроу владела косметической магией и согласилась подправить пленным магглам внешность до полного сходства.
Сегодня в обед прямо на пирсе, к которому пристал перевозивший преступников корабль, они со старшим тюремщиком совершили обмен.
— Только пусть хотя бы до лета нигде не светят своими приметными рожами, — грубым голосом попросил его седой худощавый мракоборец. — К тому времени я уйду на пенсию, а Беккер и Тейлор уволятся с этой прокля́той службы.
— Договорились, — вздохнул Паркинсон, левитируя к ногам аврора очередной мешок, набитый галлеонами.
Спустя час он доставил освобождённых «Пожирателей Смерти» в мэнор к Волдеморту. В награду за это Тёмный Лорд удостоил его лишь небрежного кивка. Домовые эльфы немедленно занялись размещением вернувшихся хозяев и новых постояльцев, а Снейпу была поставлена задача как можно скорее восстановить здоровье сидельцев. Паркинсон хотел по-тихому уйти, но был остановлен внезапным вопросом.
— Надеюсь, твоя дочь не забыла о моём поручении? — угрожающе прошипел Волдеморт, прожигая Паркинсона змеиным взглядом.
У него нашлось сил только мелко-мелко закивать в ответ. Что случится с Панси, если они с дочерью не сумеют выполнить приказ Лорда, ему даже представлять не хотелось. Впервые за годы служения наследнику Слизерина в голове Паркинсона появилось сожаление, что он так и не примкнул к Малфою и Нотту. А ведь хитрые аристократы предлагали всем бывшим «Пожирателям Смерти» сменить сторону и утверждали, что способ избавиться от метки в конце концов нашёлся.
Стараясь не смотреть Волдеморту в глаза, он скомканно попрощался и трансгрессировал к себе в мэнор. Однако предательская мысль исчезать не спешила. Паркинсон слишком любил единственную дочь.
Отхлебнув ещё вина, он построил в голове занимательную цепочку:
