В Большом зале Беллатрикс ощутила резонанс во всём своём теле — словно каждая частица её искусственной плоти завибрировала в унисон с пульсацией исходящей сверху энергии. Она завершила заклинание, и камень души в центре зала активировался, испуская вертикальный столб синего света, устремившийся к зачарованному потолку.
По всему замку начали активироваться камни душ, их энергия сливалась в единый поток, направленный к центру Большого зала. Древние стены Хогвартса задрожали, когда мощь четырёх артефактов основателей соединилась с силой тринадцати камней душ.
Зачарованный потолок Большого зала начал изменяться — вместо светлеющего утреннего неба на нём появилась картина совершенно иного мира. Огненные вихри, парящие острова, сверкающие кристаллические башни — реальность мира Малика проступала сквозь истончавшуюся грань.
Беллатрикс завороженно смотрела вверх, её глаза широко распахнуты от изумления и восторга. Её тело сияло всё ярче, откликаясь на приближение своего создателя.
В этот момент двери Большого зала распахнулись, и на пороге появился Альбус Дамблдор. Его лицо выражало тревогу и решимость.
— Что здесь происходит? — спросил он, входя в зал. Его взгляд переместился с Беллатрикс на сияющий столб света в центре помещения, затем на изменившийся потолок. — Что вы делаете с Хогвартсом?
Беллатрикс медленно поднялась на ноги, её губы изогнулись в улыбке, которая когда-то наводила ужас на противников Тёмного Лорда.
— Преображаем его, Дамблдор, — ответила она. — Открываем двери в новый мир.
Директор поднял палочку, но прежде чем он успел произнести заклинание, от центрального столба света отделился тонкий луч, ударивший в потолок. В образовавшемся разрыве между мирами появилась фигура — высокая, величественная, окружённая пылающим синим ореолом.
— Слишком поздно, Дамблдор, — прошептала Беллатрикс. — Врата открыты. Владыка Малик прибыл.
Фигура начала спускаться из разрыва, и по мере её приближения сам воздух в Большом зале словно сгущался, наполняясь тяжёлым, металлическим запахом иной реальности. Дамблдор поднял палочку выше, готовясь к противостоянию, но в этот момент в зал вошёл Сахиби Алов.
— Не стоит сопротивляться, Альбус, — спокойно сказал он, подходя ближе. — То, что должно произойти, произойдёт независимо от твоего желания или сопротивления.
— Сахиби, — Дамблдор повернулся к нему. — Я подозревал, что ты что-то замышляешь, но это… это выходит за рамки всего, что я мог вообразить. Ты открываешь путь существу из иного мира? Ты хоть понимаешь, чем это грозит всему магическому сообществу?
— Я понимаю лучше, чем кто-либо, — ответил Сахиби, и синее пламя его глаз вспыхнуло ярче. — Это не конец, Альбус. Это начало. Начало новой эры, где магия обретёт свою истинную, неограниченную форму.
Фигура Владыки Малика продолжала спускаться, и по мере его приближения стены замка дрожали всё сильнее. За дверями Большого зала послышались крики проснувшихся и встревоженных обитателей Хогвартса.
— Ещё не поздно остановить это, — Дамблдор сделал шаг к Сахиби. — Вместе мы можем закрыть врата прежде, чем существо полностью войдёт в наш мир.
Сахиби покачал головой.
— Ты не понимаешь, Альбус. Я не хочу останавливать это. Я работал веками, чтобы этот момент наступил. Я — слуга Владыки Малика, посланный в ваш мир с единственной целью — открыть врата для его прихода.
Он сделал быстрый жест рукой, и синее пламя из его глаз сформировало вокруг Дамблдора кольцо огня, не позволяющее директору приблизиться к центральному столбу света.
— Наблюдай, Альбус, — сказал Сахиби. — Наблюдай за рождением нового мира.
Владыка Малик приближался к полу Большого зала. Теперь можно было разглядеть его облик — высокий, гуманоидный, но с чертами, выходящими за рамки человеческой анатомии. Его кожа мерцала, словно покрытая мельчайшими кристаллами. Глаза сияли тем же синим пламенем, что и у Сахиби, но неизмеримо более ярким, почти невыносимым для взгляда.
Когда его ноги коснулись пола Большого зала, произошла вспышка такой интенсивности, что на мгновение все присутствующие были ослеплены. А когда зрение вернулось, мир уже начал меняться.
Стены Хогвартса становились прозрачными, сквозь них проступали очертания иной реальности. Законы физики искажались, гравитация ослабевала. Предметы начинали левитировать, цвета становились ярче, звуки глубже.
— Что происходит? — воскликнул Дамблдор, пытаясь противостоять изменениям с помощью собственной магии.
— Слияние миров, — ответил Сахиби. — Реальность вашего измерения сливается с реальностью мира Малика. Магия освобождается от оков и ограничений, возвращаясь к своему первозданному состоянию.
Владыка Малик медленно поднял руки, и по всему замку прокатилась волна синего пламени, преображающая всё, чего касалась. Стены, пол, потолок — всё начинало светиться изнутри, приобретая свойства материи иного мира.
— Добро пожаловать в новую эру, дети магии, — громоподобный голос Малика эхом разнёсся по замку, проникая в самые отдалённые его уголки. — Примите дар свободной силы или станьте частью преобразования.
