— Посмотри на этих детей, — сказал он, указывая на студентов, пересекающих внутренний двор. — Они несут в себе потенциал, которого нет даже в моём мире. Потенциал, рождённый из парадоксального сочетания ограничений и свободы, которое определяет магию этого измерения.
Сахиби молчал, пытаясь осмыслить слова Малика. Это был неожиданный поворот — он готовился к быстрому и тотальному преобразованию, к волне силы, которая захлестнёт весь магический мир, подчиняя его законам Инферно.
— Я вижу твоё замешательство, — сказал Малик, не оборачиваясь. — Ты думаешь, что я отказываюсь от наших целей?
— Нет, владыка, — ответил Сахиби. — Я лишь… удивлён.
Малик повернулся к нему, и его шартрезовые глаза сияли внутренним светом.
— Цель остаётся прежней, мой верный слуга. Но методы могут быть иными. Вместо того, чтобы насильственно трансформировать этот мир, мы позволим ему самому стать новым филиалом Инферно. Медленно, органично, через эволюцию, а не революцию.
Он сделал жест рукой, и в воздухе появилась трёхмерная проекция — карта магического мира, на которой пульсировали точки силы, связанные с Хогвартсом невидимыми линиями.
— Хогвартс станет нашей базой, — продолжил Малик. — Центром, из которого наша сила будет постепенно распространяться. Здесь мы будем воспитывать новое поколение адептов — не рабов, не слуг, а настоящих проводников нового понимания магии.
Проекция изменилась, показывая Хогвартс через несколько лет — школу, преображённую не только внешне, но и внутренне, с программой обучения, органично сочетающей традиционную магию этого мира и силу Инферно.
— Мы не будем разрушать уникальность этого мира, — сказал Малик. — Мы усилим её. Сделаем совершеннее. И когда придёт время, этот мир сам откроет врата в следующие измерения, став не просто филиалом Инферно, но его новым сердцем.
Сахиби внимательно изучал проекцию, и постепенно понимание новой стратегии Малика заставило его лицо просветлеть.
— Это… амбициозный план, — медленно сказал он. — Требующий терпения и тонкости.
— Именно поэтому я рад, что ты рядом, — ответил Малик с лёгкой улыбкой. — Ты провёл в этом мире достаточно времени, чтобы понять его нюансы, и обладаешь необходимой утончённостью для такой работы.
Он подошёл к Сахиби и положил руку ему на плечо. От этого прикосновения по телу ифрита разлилось тепло — признание и одобрение его господина, ощущаемое на самом глубоком уровне.
— Кстати, я высоко оценил твой выбор первых адептов, — сказал Малик. — Северус Снейп и Беллатрикс Лестрейндж — идеальное сочетание интеллекта и страсти, аналитического ума и интуитивного восприятия. Они станут первыми среди равных в новой иерархии.
— Беллатрикс уже полностью приняла преобразование, — заметил Сахиби. — А Снейп проявляет удивительную способность сочетать традиционную магию зелий с энергетическими принципами нашего мира.
— Да, я заметил его последние эксперименты, — кивнул Малик. — Он создаёт совершенно новое направление алхимии. Это именно тот органический синтез, к которому мы стремимся.
Он отошёл к своему столу и взял в руки странный прибор, появившийся там будто из ниоткуда — нечто среднее между песочными часами и астролябией, с множеством вращающихся колец и сфер из материала, похожего на хрусталь, но излучающего слабое синее сияние.
— Это Хронометр Измерений, — пояснил Малик, заметив заинтересованный взгляд Сахиби. — Он показывает состояние границ между мирами и скорость их изменения. Согласно моим расчётам, полная интеграция этого мира с энергетической структурой Инферно займёт примерно семь лет.
— Семь лет, — повторил Сахиби. — Как раз полный цикл обучения в Хогвартсе.
— Именно, — кивнул Малик. — Поэтическая симметрия, не находишь? Новое поколение адептов получит полноценное образование к моменту окончательного преобразования мира.
Он поставил прибор обратно на стол и посмотрел на Сахиби с выражением, в котором мудрость древнего существа сочеталась с искренним любопытством исследователя.
— А теперь, друг мой, расскажи мне больше об этом интересном феномене, который вы называете… квиддичем. Я наблюдал вчера тренировку команды Слизерина и обнаружил удивительную магическую динамику в этом процессе.
Сахиби не смог сдержать улыбку. Вот оно, то, что делало Малика не просто великим правителем, но истинным преобразователем миров — его неподдельное, живое любопытство ко всему новому, его способность видеть красоту и ценность в самых неожиданных аспектах иных реальностей.
— С удовольствием, владыка, — ответил он, и следующие два часа они провели, обсуждая тонкости магической спортивной игры, трансформационные свойства различных школьных дисциплин и особенности психологии подростков-волшебников.
Когда Сахиби наконец покинул кабинет директора, его сердце было полно нового понимания и предвкушения. Впереди был долгий, сложный, но бесконечно интересный путь. Путь не разрушения, а трансформации. Путь, на котором этот мир не потеряет свою уникальность, а обретёт новую глубину, став частью величайшей сети измерений, объединённых общей энергией Инферно.
