— Да нужен он мне, чтобы с ним общаться! Инар Цульф как-то решил отведать изыски кухни этого «Нелюдима», прославившегося вовсе не кухней, замечу. Но Инар человек привередливый на запросы желудка, поскольку не особенно-то и здоров, я же с ним столкнулась по случаю, он меня туда и пригласил. А там, как и ожидалось, хитро замаскированный притон, хотя и устроенный с художественной выдумкой… Тебе было бы тоже любопытно взглянуть на то, во что может превратиться падшая жрица Матери Воды, которая там всем и заправляет. А Чапос-то лишь по видимости хозяин, который своего хозяйства не знает. Не удивлюсь, если узнаю, что его вскоре и разорят. И не огорчусь, ибо и он должен же отведать токсичные плоды, подобные тем, коими и сам других потчевал.
— Жрица Матери Воды — хозяйка дома яств? — удивилась Нэя. — Как такое возможно?
— Падшая жрица, — пояснила Ифиса. — И не хозяйка она, а рабыня своему господину, которого давно уж прибрала к своим рукам, чего не сумела моя добрая Уничка. Говорю же, девица та лютая и извилистая даже по виду, и то, что утянет она Чапоса в гибельный омут, стало мне ясно и без всяких магических таблиц. Так что, возмездие приходит порой и в таком вот обличье… Или тебе его жалко?
— Он не причинял мне зла, — отозвалась Нэя, — С чего бы мне желать ему погибели?
— Не причинял? А если подумать?
— О нём? Зачем бы мне о нём думать?
— Ты не могла бы напрямую сообщить, что, собственно, тебе и надо? — обратился к ней Рудольф, вслушиваясь в её пространное повествование с еле сдерживаемой досадой. — Я так понимаю, что не Нэю ты подвергаешь своей тончайшей обработке, а конкретно меня. Что за кружева ты тут плетёшь?
— Ну, вот, ты и вспомнил о нашей былой дружбе, — отозвалась Ифиса, но уже голосом мягким, если не обворожительным.
— Не тыкай! — одёрнул он, — Сама же заявила, что знать меня не знаешь.
— Так вспомнила, а если уж такая просьба, то и вас попрошу мне не тыкать.
— Озвучьте же финал вашей нескончаемой повести, — попросил он с насмешливо-подчёркнутой любезностью. — Если есть во мне необходимость, то какого рода помощь требуется?
— Может, сообщите кому надо, чтобы мне отдали остатки имущества Гелии? Если вам без надобности? А то всё одно растащат по себе. А я найду с кем поделиться. Мало ли у нас бедствующих людей творческой судьбы? Я не жадная и не корыстная. Нэя подтвердит это. Да и кто угодно. А вам что стоит поставить свою подпись на документе, где вы мне это разрешение даёте… — она зарылась в своей глубокой сумочке, извлекая оттуда плотную и блестящую бумагу, усеянную множеством вызолоченных знаков и затейливых плетений, что говорило о её значимости для всякого бюрократа. Но для Нэи это была всё равно, что декоративная картинка. Она вздохнула, ловя себя на кромешной безграмотности в мире таких вот золочённых, а всё равно зловещих символов, и останься она одна, пропала бы. Так что Ифису можно было и уважать за то, что она так ловко ориентировалась во всём этом.
Намёк на то, что Азира сгинула где-то в пределах «Лучшего города континента», сильно встревожил Нэю. Такого не могло и быть. Чапос умышленно путает следы. Она взглянула на Рудольфа, ставшего хмурым по виду. Проигнорировав документ, он пристально изучал подурневшее лицо Ифисы.
— Герб и анаграмма Ал-Физа, — сказал он, не глядя при этом на то, что и протягивала ему Ифиса. — Так ведь его уже нет в живых.
— Его-то нет, а документы продолжают властвовать, — ответила Ифиса.
— Переживаешь, что осталась без его поддержки? — спросил он.
— Мои переживания никого не касаются, — ответила она, отводя свой взгляд.
— У тебя имеются ключи от той квартиры? — спросил он.
— Угу, — произнесла Ифиса, не раскрывая губ.
— И откуда же они у тебя? — удивлённо спросила Нэя.
