Мягкие губы и легкий запах зелени и мяты выбили почти все мысли из головы Доринола. Злость ушла так внезапно, будто ее и не было. Первый порыв прекратить этот безумие, мужчина тут же подавил. Она доверяет, и он должен сделать то же. Боль от его неверия, предательство сестры, Эрита, боль потерь, казалось, этому не будет конца. Но потом была радость от появившихся двух яиц их драконов, было счастье от того, что она просто находилась со своей семьей. И праздник лета, с танцами и весельями. Еще одно мгновение, и Доринол заставил себя вынырнуть из омута памяти и чувств девушки. Он тяжело дышал, смотря на Раниалу, и все так же держал ее лицо в своих руках.
Девушка так же пыталась выровнять дыхание, и смотрела на Доринола другими глазами, в которых больше не было ни раздражения, ни даже капельки злости на мужчину. Она видела. Видела всю его боль, его переживания и отчаяние. И самое главное, она сумела рассмотреть то, что он скрывал тщательнее всего. В своей огромной стране, в своем большом замке, он был одинок. Его отец так до конца жизни и любил свою первую жену. Несколько погибших в схватке с дикими друзей, заставили его отказаться от сильных привязанностей, а маленькая Мирана уже совсем скоро станет взрослой, и брат ей будет не нужен.
— Я не предам, — осторожно прошептала Раниала.
— Я тебе верю.
Раниала и Доринол стояли в тронном зале, слушая заверения и клятвы верности подданных Корунила. После единения перед людьми, Дары вернулись в замок, где очень быстро на них водрузили короны и поставили перед знатью страны.
Тяжелые золотые украшения на голове, щедро усыпанные драгоценными камнями, прекрасно дополняли наряды королевской четы, и справлялись со своим прямым предназначением — показать, как тяжела ответственность, которую они на себя берут. Уже через несколько минут шея Раниалы стала ныть, а через час она старалась как можно незаметнее опираться на руку Доринола. Сам новый король Корунила, не был против, помогая своей жене, насколько это возможно.
— Все, — еле слышно произнес Доринол, когда Раниала уже не понимала, что происходит вокруг и бросала все оставшиеся силы на то, чтобы ее улыбка и выражение лица оставались приветливыми и не выдавали усталость. — Осталась только Насана.
Вдовствующая королева медленно вышла вперед, занимая свое место напротив Даров. Гордая, сильная, с залегшими под глазами темными кругами, которые, казалось, делали ее еще более хрупкой и женственной. Даже сейчас, в глубоком трауре, эта женщина завораживала.
— Мои дорогие подданные, — начала Насана, дрожащим голосом. — Сегодня на мне лежит большая честь. Я передаю корону нашей страны достойным претендентам. И, — женщина замолчала, не справившись с голосом, но тут же тряхнула головой, собираясь и продолжая. — И я прошу простить меня, но потеря мужа стала такой неожиданностью и ударом, что я не могу прийти в себя за столь короткий срок. Поэтому прошу понять меня уже не как королеву, а как жену. Доринол, Раниала, — Насана обратила свой взор на Даров, — я прошу вас, принесите клятву вашему народу. И, хоть нашу страну и настиг траур, но отдайте дань уважения предкам и не нарушайте традиции, которые они берегли и соблюдали.
Доринол кивнул.
— Конечно, Насана, — мужчина чуть склонил голову в поклоне. — Ты была достойной королевой и спутницей моего отца, и твое слово — это не пустой звук для всех, кто присутствует в этом зале.
Насана величественно склонила голову, украдкой смахивая слезу, и отошла от Даров, чтобы они смогли закончить церемонию.
— Жители Корунила, — властный голос мужчины пронесся по залу. — Я, Ниа Доринол Наратис, Дар каменных драконов, принимаю корону и верность своих подданных. Обещаю, что сделаю все возможное, чтобы наша страна процветала, и не знала, что такое упадок. Обещаю следовать заветам предков, их величию и стать достойным их имени.
— Я, Ниа Раниала Наратис, Дар небесных драконов, принимаю имя моего супруга, и его самого по законам драконов и людей, — зал замер, боясь даже громко дышать, а Доринол попытался незаметно отдернуть девушку, но она, предусмотрительно встала от него на расстоянии шага. — Обещаю стать мудрой королевой, достойной жителей Корунила. Но в первую очередь я останусь спутницей моего супруга, верной женой и любящей женщиной.
Зал молчал, и стоило Раниале произнести последнее слово, как присутствующие склонились в глубоком поклоне перед королевской четой.
Королю и королеве в этот момент сменили короны на более легкие, убирая коронационные украшения до следующего подобного события.
— Зачем? — прошипел Доринол, притягивая девушку к себе, и, не отпуская, провел в соседний зал, где уже были накрыты столы для приглашенных гостей.
Раниала медленно присела за стол, тут же занимая руки бокалом с водой. Мелкая дрожь, что присутствовала в теле, никак не покидала, и девушка сама не могла объяснить внятно свой поступок. Королева Корунила отставила воду, и Доринол тут же подвинул ей легкое фруктовое вино, что по цвету почти не отличалось от ее прошлого напитка.
