А затем был праздник, которые напомнил Раниале тот вечер лета, когда музыка и веселье была искренним, а танцы заставляли душу парить над землей. Тот вечер, когда она впервые сама подала руку Доринолу, и, чтобы он не думал, тогда это было только ее желание.
— Мне нужно уйти, — вдруг шепнул Доринол. Раниала кивнула, отпуская его, а сама наблюдала за веселящимися людьми, за смеющимися братом и Мираной, за бегающей молнией Линайей, которая никак не могла обуздать свой характер, и хоть немного постоять на месте, или пройтись шагом.
Медленно приближающиеся сумерки, окутывая все вокруг уютной темнотой, стали отступать, когда вокруг начали разгораться маленькие светлячки огоньков. Еще немного, и все, что останется за пределами сада, погрузиться в кромешную тьму, а этот участок земли будет похож на волшебный остров, который освещают белые цветы.
Еще мгновение, и Раниала подняла голову к небу, где, пронзая сами звезды, летали несколько фигур драконов, оглашая округу своим пением.
Не сомневаясь больше ни мгновения, Дар небесных вошла в замок, желая найти своего потерявшегося мужа. Если он занят делами, значит будет в рабочем крыле, отдельно от жилых помещений, куда Раниала тут же и направилась. Уже подходя к кабинету мужа, она напряглась, услышав знакомые голоса.
В эту часть замка запрещалось входить без приказа. Это было сделано из-за Анарата, чтобы не посвящать лишний раз жителей в планы и союзы короля. А потому, приоткрытая дверь кабинета, где находился сейчас Доринол и Анарат, Раниалу не удивила, но и не оставила равнодушной. В комнате находились двое людей наемника и два воина Доринола. И следили они за Эритом и Насаной.
Дар небесных подняла руку, желая постучать и предупредить о своем присутствии, но так и замерла.
— Насана, кем надо быть, чтобы пытаться убить собственную дочь? — презрительно бросил Доринол, на что бывшая королева Корунила рассмеялась.
— Какой наивный, — смех женщины прошелся холодными иголками по спине Раниалы. — Она мне не дочь, — был спокойный и хладнокровный ответ. — Я потеряла ребенка Элисара, не доносив его два месяца до срока. Но я не могла в этом признаться, твой отец не любил меня, я была нужна только из-за наследника, который бы облегчил жизнь его любимому сыну с даром, — с иронией хмыкнула женщина. — Девочка была принесена моим верным человеком из деревни. Мальчика не нашлось, — фыркнула она.
Раниала закрыла себе рот рукой, застонав, и облокотилась спиной о стену. За дверью замолчали, а через мгновение из нее вышел Доринол.
— Прости, — прошептала Раниала, — мне нужно на воздух.
Не говоря ни слова, Доринол подхватил жену на руки, направляясь прямо по коридору, пока он не вывел их в небольшой двор, погруженный в тишину.
— Ниа.
Но Раниала прервала мужчину, попросив помолчать еще хоть немного.
— Единственный наследник, — простонала Раниала, понимая, что они чуть не наделали.
— Ничего не значит, — твердо произнес мужчина. — Ты моя жена, я твой муж, и только это имеет значение, — он обнял свою любимую, будто боялся, что стоит выпустить ее из рук, как она тут же исчезнет.
— Миране не стоит этого знать.
— Никому не стоит, — согласился с женой Доринол. — Тебе просто не надо было этого знать, — посетовал мужчина. — Ну вот зачем ты пришла, — с горечью добавил он.
— Ты знал? — вдруг отстранилась от него Раниала.
— Да, — вздохнул мужчина. — Я и не надеялся услышать это от самой Насаны. Ты меня искала? — попытался он перевести разговор на другую тему.
— Надо к Алаарае и Расаату, — кивнула она.
— Сейчас? — переспросил Доринол, и, глядя на решительный кивок жены, вздохнул. — Хорошо.
Отдав приказы Анарату так, чтобы Раниала не слышала, мужчина вывел жену на улицу, позвав одного из драконов. Дар небесных послушно залезла на спину черного ящера, сев перед Доринолом, и так и не сказала, что, хоть это и ужасно, но она согласна с мужчиной. Эти двое заслуживают смерти.
Черный ящер плавно нес пару к кромке леса, где обжилась смешанная пара драконов, ожидая появления на свет детенышей.
— Смотри под ноги, — предупредил Доринол, спуская Раниалу с дракона и крепко держа ее за руку, чтобы женщина не оступилась. — Нас ждут? — удивленно спросил он, когда в свете яркой луны они вышли к огромной норе, возле которой сидел Расаат, пристально глядя на гостей, и тихо приветственно ворча.
— Пойдем, — потянулась Раниала к дракону, увлекая послушного мужа за собой.
Когда они дошли до норы, черный дракон осторожно поднялся, показывая лежащую в лунном свете бирюзовую драконицу. Небесный ящер вытянул морду к Раниале, ожидая привычной ласки, а распластанные по траве крылья, чуть дрогнули.
— Я здесь, — прошептала Дар, наклоняясь к своей девочке.
Бирюзовая фыркнула, дразнясь, и подняла одно крыло. Раниала отшатнулась от драконов, врезавшись спиной в грудь Доринола. Мужчина подхватил жену, не отрывая глаз от живота небесного.
— Живые, — тихо прошептал он.
— Да! — крик Раниалы прорезал ночную тишину, и она бросилась в объятия любимому.
