Когда Дилан почти дошагал до Парадных Врат, мост начал медленно опускаться. Пройдя по нему, он упёрся в металлическую решётку, возле которой стоял один из стражников Кормеума.
Дилан положил лук, достал из кармашка скомканное разрешение и передал стражнику. Решётка поднялась, юноша подобрал лук и пошёл дальше. Услышав знакомый хриплый голосок, вызывающий отвращение, он остановился.
– Так-с, и кто это к нам пожаловал. Неужто сын кузнеца Абнара собственной персоной, – горбатый старикашка подошёл вплотную к юноше, уставился на добычу в его руках и с нарочитой любезностью продолжил. – И что это тут-с у нас? Пара дохлых птичек? Ух, какие крупные попались. Пока не заплатишь налога, дальше не пройдёшь-с, – угрожающе просипел он.
«Ещё бы не помнить, – подумал Дилан. – Две трети от добычи придётся отдать. И откуда он только взялся. Неужели нутром чует, когда люди с охоты приходят?»
– И как мне выплачивать налог? – огорчённо спросил юноша.
– Пожалуй-с, я заберу ту, что покрупнее для начала.
От старикашки пахло запревшей одеждой и тухлыми яйцами. Когда он говорил, его парочка ещё не выпавших гнилых зубов так шевелилась, что казалось, будто и они скоро отвалятся.
– Ладно, я сегодня добрый, вторую можешь-с оставить себе, – старик потянулся иссохшей рукой к голове Дилана, пытаясь потрепать его за волосы, но тот как можно быстрее сунул ему в руку самую большую куропатку и отошёл от него на пару шагов.
– Спасибо, господин Рецедр, – сказал Дилан. – Я ценю вашу доброту.
Баретт Рецедр уже лет пятнадцать как являлся советником градоуправителя по части сбора налогов. Пожалуй, в городе не было такого человека, которого любили бы меньше Рецедра. Он присутствовал всегда и везде. Этот старикашка мог пронюхать всё, особенно если это касалось нарушений или неуплат. От его длинного бородавчатого носа тяжело было что-либо скрыть, он всё равно добирался до правды.
Поэтому все старались держаться от старика подальше. Не только из-за его дотошности. Ещё и потому, что пахло от него отнюдь не лавандой.
Дилан не стал исключением, и, когда ворота открылись, он сразу же побежал домой.
Рядом с домом уже переминались с ноги на ногу несколько лошадей. Вокруг них бродили незнакомцы в кожаных доспехах с развевающимися синими плащами и со вшитой в некоторых местах кольчугой. Вероятно, в тех, которые они считали наиболее уязвимыми. Головы рыцарей закрывались металлическими шлемами с поднятым забралом. На груди у них красовалась пятиконечная звезда, внутри которой располагался гарцующий конь.
Увидев Дилана, взволнованный Абнар немедленно подбежал к нему.
– Куда ты запропастился? Они ведь не любят ждать, – с укором сказал он, указав рукой в сторону гостей, а потом заметил, что у сына разорван окрашенный в красный рукав. – Ты ранен?
– На меня напали акри, – шёпотом ответил Дилан.
– Так это, значит, и есть твой сын? – сказал подошедший к ним мужчина. – Он у тебя довольно хорошо сложён, выглядит здоровым: не косой, не рябой, да и зубы на месте. Как тебя звать, сынок?
– Дилан, сэр. А вы командующий кормеумовской армии?
– Именно. Знаешь, зачем мы сюда приехали?
– Вы ищете новобранцев, чтобы пополнить свои ряды, – неуверенно сказал Дилан.
– Это ты поймал? – спросил командующий, посмотрев на зажатую рукой куропатку.
– Да, сэр.
– Можешь дать мне свой лук?
Дилан молча протянул ему сделанное отцом оружие.
– Неплохо, неплохо, – сказал командующий, внимательно рассмотрев его. – Умеешь стрелять?
Дилан кивнул.
– Хорошо, сейчас проверим твои навыки, – командующий повернулся к рыцарям и окликнул одного из них, который протирал о штанину сорванный с яблони Кёртиса плод. – Эй, Стэнфорд, подкинь-ка мальцу яблоко в воздух.
Стоявшие рядом с лошадьми рыцари залились смехом.
– Алестер, ты серьёзно думаешь, что мальчишка сможет в него попасть? По мне, так лучше яблоко коню скормить, чем просто выбросить в никуда, – сказал Стэнфорд.
– Делай, как тебе велели, – сурово ответил командующий, недовольный поведением своих спутников. – Держи, малец, свой лук. Надеюсь, ты не подведёшь отца. Он отзывался о тебе слишком лестно.
Дилан быстро положил пойманную им птицу на землю, взял в левую руку лук, правой достал из колчана стрелу с фиолетовым наконечником и приготовился стрелять. Рыцари, усмехаясь, начали бренчать монетами.
«Делают ставки», – подумалось Дилану.
Его тело слегка пробирало внутреннее волнение. Абнар стоял рядом, затаив дыхание. Стэнфорд бросил яблоко вверх. Шмяк. И стрела вонзилась в цель. Как говорится, в самое яблочко.
Смех рыцарей сошёл на нет, и только один из них продолжал веселиться.
«Наверное, поставил на победу», – предположил юноша.
Удивлённый своему точному попаданию, Дилан стоял и улыбался. Внутри у него всё разрывалось от счастья. То же самое было и с Абнаром, только виду он не показывал. Абнар просто молча подошёл к сыну и похлопал его по плечу.
– Здорово, – сказал Алестер с натянутой улыбкой. По нему было видно: он явно не ожидал, что выстрел окажется успешным. – Что ж, стрелять, по крайней мере, ты умеешь. Стэнфорд, доставай свой меч, проверим парнишку в бою.
