– Сееелееенааа, – наконец протянул он, как будто пробуя на вкус её имя, как дорогое вино, и продолжая смотреть ей в глаза, – дочь титана Гепириона и Теи, олицетворение самой Луны. Прекрасная богиня, притягивающая своей загадочностью. Сколько мужских сердец разбила своей неприступной красотой, восседая на белоснежной колеснице в сверкающем наряде из тысячи звёзд и рассекая пространство Вселенной. Сколько восторженных слов написано. Но лишь красавцу охотнику Эндимиону отдала свою любовь и сердце. Он согласился провести вечность во сне, лишь бы иметь возможность встречаться с любимой хотя бы по ночам. Его спрашивали «Что ты в ней нашёл?», он отвечал «Всё, что искал!». Ему утверждали «Легко полюбить красоту!», а он отвечал «Это моя любовь открывает красоту в ней!». Его не понимали «Что значит любовь?», и он отвечал «Любовь – это ОНА, любовь – это Я, любовь – это быть с НЕЙ, любовь – это то, какой Я рядом с НЕЙ!». – Жорж смотрел в её глаза как в ночное небо, блики от лампочек в салоне самолёта отражались в них как звезды. Он видел, как её внешнее спокойствие и собранность уступают внутреннему смятению и волнению. Он, казалось, даже слышал биение её сердца, видел, как участилось дыхание. И продолжил говорить медленно, с расстановкой, пытаясь донести всю глубину своих слов до самых сокрытых уголков её разума, не прерывая зрительного контакта: – Теперь моя очередь раскрывать карты. Итак: я никогда не совершаю необдуманных поступков. Все мои действия всегда тщательно продуманы от начала до конца. Моё золотое правило: не привлекать к своим личным делам чужаков. Но всего лишь за несколько дней я нарушил все правила моего, так назовем, кодекса. Мы летим частным самолётом, потому что это удобно и быстро, не нужно ждать и подстраиваться под кого-либо. Теперь вы – моя команда, а до тех пор, пока это так, все вопросы, связанные с вами – для меня это вопрос чести, я никогда не «кидаю» своих людей. Я тоже не играю в игры, если не вижу реальной выгоды для себя. Я терпелив только в финансовых вопросах, в остальных случаях сдерживаться – вредить здоровью. Думаю, ты понимаешь, о чём я, – и снова тот похотливый взгляд, от которого мурашки пробежались по всем телу, вызывая трепетное чувство внизу живота. – Если мне нравится девушка, я ей откровенно говорю об этом. И, считаю, нет смысла в долгих ухаживаниях, если вижу, что желание обоюдно. А если нет… – Он задумался на мгновение, после чего сам откровенно удивился: – Честно, не припомню таких случаев. И, поверь мне, если бы я хотел «совратить тебя», то сделал бы это, когда мы заезжали к тебе домой за вещами. А точнее, пока ты принимала душ. Ты даже не представляешь, каким я был терпеливым, словно пай-мальчик, сидел и ждал в гостиной, зная, что всего лишь картонная дверь разделяет меня от столь прекрасного тела. – Селена чувствовала, как начинают гореть щёки с каждым его словом. И он прекрасно это видел, поэтому продолжал говорить своим бархатным и увлекающим за собой голосом. – А какие сцены рисовало моё воображение! – Он сделал многозначительную паузу, как будто давая ей возможность самой всё представить. От пульсирующей крови в ушах стоял гул, сердце бешено колотилось. Она чувствовала себя обескураженной и растерянной от столь дерзко-откровенных признаний. Смущенно опустила глаза, пытаясь спрятаться от его цепких глаз за ширмой длинных ресниц, а он продолжил: – Кстати, ещё ни одна женщина не называла меня извращенцем. Поздравляю с дебютом. И да, свиток для меня действительно имеет большое значение, потому что чувствую перед собой долг, а быть в долгу я не привык. Но даже ради свитка я не готов на убийство. Или готов? – Он в шутку задумался, затем широко улыбнулся. – Нет, всё-таки не готов. А вот за остальные комплименты спасибо. Жаль, конечно, слышать их от девушки, которая не брезгует разными низкими способами лишь бы заполучить желаемое, а при этом утверждает, что дело не в честолюбии. – Его пренебрежительно брошенные слова, как остриё лезвия резанули по её самолюбию.
Селена оторопела. А ведь он прав! Самое противное было признаться в этом самой себе. С каких это пор она опустилась так низко, что ради статьи подговорила лучшею подругу на обман, сама пошла на воровство, а теперь ещё и шантажирует незнакомого мужчину, навязывая ему себя?! Ей захотелось спрятаться, убежать, раствориться, лишь бы не расплакаться под пристальным взглядом этих зелёных глаз и не показаться слабой. Девушка закрыла глаза, мысленно досчитала до десяти, медленно выдохнула, пытаясь вернуть самообладание, и снова посмотрела на него. Выбивало из колеи его гиперспокойствие. Казалось, его ничего не волнует!
