– Не слушай, Mirum, – тихо проговорил Александр, глядя на девушку, но та не отрывала взгляда от женщины.
– Йен стал мужем, и ты сама его прикончила. Имаш. Бедный маленький принц, что так привязался к тебе, раскроил себе голову и почти погиб. Ни за что. Просто Ты была рядом. Гиссария казнили. Дирт? Он был там, наблюдал, как теряет лучшего друга, при этом и сам чуть не погиб. Теперь дорога в город Наёмников ему закрыта, и ненависть помощника короля не идёт на пользу делам.
Джульетта опустилась на землю, её ноги исчезли, и вместо них уже поплыла тень. Половина лица тонкими фарфоровыми осколками, отваливалась мелкими кусочками, а другая покрывалась трещинами.
– Посмотри на Александра. Он дрался один. Ты бросила его. Он еле передвигается. Посмотри на его руку. Посмотри! – Амалия вздрогнула, полностью заворожённая голосом духа. – И на десерт: Марк. Что же с ним сейчас? Я знаю. Его спасло то, что весь удар твоего проклятия принял на себя брат. Он жив, только потому, что вы не были вместе. Но он всегда был рядом… Так спроси же его: он был счастлив, пока ты была в стае?
Девушка мотнула головой, будто вытряхивая слова из ушей, отгоняя дурные мысли.
– Я никого не забыла упомянуть? – Марид повысила тон. – Возрази мне! Был ли хоть один мужчина, кто выжил, и кто по твоей вине не столкнулся со смертью? Не был за шаг от неё? Отец. Муж. Друг. Любимый. Может быть, хотя бы с сыном всё хорошо?
Амалия глубоко вздохнула от недостатка воздуха: её дыхание сбилось, а по щеке прокатилась слеза, которую она так долго сдерживала.
– Кто остался? Томас. Сколько вы вместе? А ты уже принесла в его поселение смерть. Да-а, амбициозный, светлый и смелый парень. Что с ним будет, если ты так и останешься рядом? – Джульетта улыбнулась, и её губы тут же растворились в воздухе.
– Где наследница? – раздражённо спросил Александр.
Марид покачала головой.
– Я собирала только младенцев, отданных добровольно. У меня нет, и не было, ни того, что хочешь ты, ни того, чего от меня ждёт ревенант.
Парень посмотрел на магичку. Она опустила голову, а её плечи легко подрагивали. Амалия никак не отреагировала на такой ответ, ибо она не была удивлена. Нечеловеческим голосом Джульетта в последний раз обратилась к девушке:
– Ниточка страданий тянется за тобой, и она обязательно придушит всех, кто останется рядом.
– Impavide progrediamur (
– Обижая львёнка, вы разозлили Льва, – произнесла Марид и через мгновение навсегда растворилась в воздухе заброшенного сада.
– Собираемся, быстрее, ближе! Эй, ты! Да-да, гостьи Мидла – это коренные жители! – завопил староста деревни, отпивая из большой деревянной кружки домашнюю медовуху.
Амалия улыбнулась. Датея одолжила ей праздничный наряд. Магичка жила у неё вот уже две недели. Девушки не стали подругами, но уживаться вместе получалось. Праздник Земли не был таким грандиозным, как на берегу Хромового моря, но каждая деревня, будь в ней хоть парочку домов, никогда не забывала воздать почести богине.
– Идём с нами? – из-за плеча магички вышел Томас.
С ним подошли двое друзей и три девушки, одной из них на вид не было и шестнадцати. Амалия пожала плечами. Парень уверенно взял её ладонь, и потащил сквозь толпу. Руку хотелось одёрнуть.
– Отец привёз краски для лица, попробуем? – обращаясь к друзьям, прокричала одна из девушек.
Ребята дошли до пеньков, и уселись разрисовывать ветви на лице. Они шутили и много смеялись. Амалия чувствовала себя не в своей тарелке.
– Ха! А Арье говорил иначе, – длинноволосый рыжий парень ткнул друга в плечо.
Его назвали Хорд, но самая молодая девушка упорно окликала его именем Хонард.
– Погоди, Амалия, верно? – другой, низкорослый, с правильными чертами лица и шрамом на губе, обратился к девушке. Та кивнула. – Ты вообще откуда? Чем на жизнь зарабатываешь?
Магичка слабо улыбнулась, моментально выдумывая свою жизнь.
– Отец, Оливер, держит постоялый двор в Люции, «Неутомимый воин». Вот, приехала на новорождённого двоюродного племянника посмотреть, – соврала Амалия.
– Слышал о такой, – Хорд качнул головой.
Магичка боялась расспросов, но больше никто не обращал на неё внимания. Оставшийся праздник молодые люди проводили в танцах, песнях, и заливаясь смехом. К вечеру, когда Амалия совсем расслабилась, к ней с хитрой улыбкой подошёл Томас.
– Так-так, – он положил руку на плечо девушки. – Врушка.
Амалия побелела. Она молча смотрела в глаза парню.
– Да ладно, я шучу. У тебя рефлексы бойца, а может талант? Отец научил? Я сначала думал, тебе просто повезло, что ты меня победила. Дерёшься ты не как деревенская девочка хозяина постоялого двора, – по-доброму упрекнул Томас.
– Я же не рассказала, кем он был в молодости, – магичка расслабилась.
– Брось, – рассмеялся Хорд. – Друг просто успокоиться не может, что его девчонка побила. Весь тот вечер из угла в угол метался, места себе не находил, и нам мозги маленькой ложкой выедал, – прошептал парень, по свойски похлопывая Амалию по плечу.