— Софи? — он снова поцеловал ее в ладонь. — Ты где хочешь завтракать?
Соня пожала плечами. Тоже мне, вопрос. Какая разница?
— Давай здесь.
— Будет исполнено. Кстати, мсье Бетанкур, за что вы так жестоко с галстуком? — Катаржина переместилась к плите. — Та расцветка была бледновата, конечно. Но зачем же ножницами резать?
— А это не я, — ухмыльнулся Серж. — Это Соф вчера решила разнообразить… наши отношения. Шалунья.
— Да ладно? Боже, до чего вы довели бедную девушку…
— Завидуй молча.
— Да было бы чему, — Катаржина деловито сервировала стол — тарелки, ножи, вилки, салфетки, вазочки с апельсиновым, судя по цвету, джемом и медом, кувшинчик со сливками, сахарница. — Ваши способности доставить удовольствие женщине… оставляют желать лучшего.
Соня уже просто прекратила попытки понять логику отношений этих двоих. И даже неловкость куда-то делась.
— Пожалуй, не буду заморачиваться с увольнением. И просто тебя придушу, — слегка раздраженно парировал Серж.
— Правда глаза колет? — первый блин лег на тарелку. — Большие глазки, надутые губки и пресс кубиками — еще не все, чтобы женщина была довольна в постели, не так ли, Софи?
Соня поперхнулась кофе. Они и ее решили вовлечь в свои препирательства?
— Я увезу твой труп в Сент-Оран-де-Гамвиль и закопаю под любимыми бегониями мадам Нинон.
— Вы так заботливы, монсеньор. Надеюсь, не только со мной. Надеюсь, и о Софи вы тоже позаботились… в постели… должным образом…
— Катаржина, прекращай! — судя по резкому тону, Серж проиграл в этой битве тонких издевок. Интересно, почему он позволяет это? И тут Софью снова настиг приступ импульсивности. Зачерпнула пальцем желто-оранжевого джема и протянула Сержу.
— Угощайся…
В его глазах сначала плеснулось удивление, а потом он усмехнулся. И принялся аккуратно слизывать джем с ее пальца, крепко перехватив запястье. Медленно. Тщательно. Сексуально, черт побери!
— Глазам своим не верю… — прозвучал над ними голос Катаржины. — Серж, ты наконец-то понял, для чего мужчине губы и язык?!
А вместо него ответила Софья. Она, кажется, усвоила правила этой тонкой игры.
— Он это умеет делать виртуозно, Катиш. Так что ищи другой повод для насмешек.
— Вырос малыш, — ничуть не обескуражено хмыкнула Катаржина. — А я и не заметила. Мои поздравления, Софи, — на стол поставили блюдо с блинчиками. — Приятного аппетита.
— Соф, угости меня еще джемом. Мне понравилось.
— Пойду я, пожалуй, — решила проявить деликатность Катаржина. — Уберу в спальне.
Думаю, там сегодня ночью было жарко.
Смысл сказанного дошел до Сони не сразу, а потом она вспомнила. О своих валяющихся на кресле трусиках. О своем платье, над которым Серж вчера как только не надругался… Нет, она еще не готова к тому, чтобы это видел кто-то посторонний!
— Ой, нет, Катаржина, подожди! — сорвалась с места. — Пять минут! Я… мне кое-что надо! — и она пулей вылетела из кухни. И Серж с Катиш остались одни.
— Ты понимаешь, да? — Катаржина прислонилась к разделочному столу и сложила руки под грудью.
— Что именно? — Серж принялся за блинчики.
— Она не такая, как твои обычные девицы. Софи удивительная. Она настоящая. И ее чувства к тебе — настоящие.
Серж продолжил есть, не отвечая.
— Бетанкур! Не смей говорить мне, что ты этого не видишь!
— Вижу, — отозвался он тихо.
— И?…
Он снова промолчал.
— Вот что я вам скажу, ваша светлость, — Катаржина решительно уперла руки в бедра. — Если вы посмеете обидеть эту чудесную девочку — клянусь, я наплюю на все наши договоренности. На плохие рекомендации. На бегонии в Сент-Оран-де-Гамвиль. Но если вы ее обидите… Если вы заставите эту девочку плакать… Клянусь, я утешу ее так, что она забудет, как вас зовут!
— И не мечтай!
— Так и будет!
— Не будет. Я не дам тебе шанса. Я не отпущу Софи. И не обижу ее.
— Смотрите, мсье Бетанкур. Вы мне пообещали…
Все мы, изверги, на одно лицо.
— Что это? — Софья подозрительно смотрела на коробку в руках Сержа. Ни на платье, ни на обувь не похоже — цилиндрическая, высокая.
— А ты посмотри, — он втиснул коробку ей в руки и растянулся на диване, ослабил галстук.
Соня открыла бархатную крышку. И со все возрастающим изумлением достала из коробки… нечто. Темно-голубое газовое облако сложной формы — вот на что это было похоже. Красиво. И абсолютно непонятно. Соня повернула. С другой стороны обнаружилась россыпь синих цветов. Но ясности это не добавило.
— Что это, Серж?
— Шляпка, — ответил тот невозмутимо.
— Шляпка?! Слушай… ты точно неправильно представляешь себе кокошник.
Серж рассмеялся.
— Кокошник прибережем для другого случая.
— Я не знаю… — Соня аккуратно покрутила в руках голубое «облако». — Я не представляю, куда бы я это могла надеть. И вообще — как ЭТО держится на голове…
