Параллельно компания «Standard Oil» провела инспекционную проверку оставшихся предприятий Нобеля, о покупке которых 12 апреля 1920 г. стороны подписали предварительный контракт [116]. Уже через две недели, 28 апреля 1920 г., части Красной Армии Тухачевского, в составе которой находились комиссар С. Киров и А. Микоян, разбив остатки войск Деникина, вошли в Баку, после чего была создана Азербайджанская Советская Социалистическая Республика [116; 239] и поставлена точка в английских притязаниях на Кавказ. Возможно, что и результаты Февральской и Октябрьской революций необходимо рассматривать через их призму (первый «парад суверенитетов» с признанием Кавказа зоной английских интересов и появлением Азербайджана в целом аналогичен происходившему на Ближнем Востоке), а появление Красной Армии, прикрывшей сделку Нобелей и Рокфеллеров, — подытожить ленинским признанием, сделанным в 1918 г.:
Компромиссный синдикат «Front uni», созданный в 1922 г. «Standard Oil» и «Royal Dutch Shell», не функционировал [116], хотя компании договорились даже о финансовой блокаде Советской России [252]. Борьба за русский нефтяной рынок между транснациональными корпорациями вылилась в газетную полемику, в которой «Manchester Union» заявляла, что
Интрига «покровительства» теневого истеблишмента США стране Советов кроется в том, что в начале 20-х годов в Лондоне произошла встреча Л. Красина и Г. Синклера из «Sinclair Oil Corporation», в руководство которой входили Теодор Рузвельт-младший, сын бывшего президента, его брат Арчибальд Рузвельт и директор «Chase Manhattan Bank» Уильям Бойс Томпсон. Вскоре А. Рузвельт подписал в Москве соглашение о предоставлений концессии на разработку месторождений в Баку и на Сахалине. Учреждались компании с равными долями, объёмом инвестиций не менее 115 млн. долл. и участием в прибыли 50/50 [103]. Реализоваться достигнутой сделке помешала крайне странная и скоропостижная смерть американского президента Уоррена Гардинга от отравления в 1923 г. [237].
Ещё более острый характер противостояние приняло на Ближнем Востоке. Научно-технический прогресс перевёл морской транспорт на нефть, сделав её самым значимым ресурсом с точки зрения транспортных перевозок, а значит и торговой логистики. Кроме того, по меткому замечанию лорда Керзона об итогах Первой мировой,
После удачного «плавания», которым для «союзников» стала Первая мировая, они, как и предусматривал меморандум Уэллса, посредством агентства «Public Trustee» лишили Германию активов нефтяной компании «Burmah Oil» [102], основанной Дэвидом Каргиллом, передавшего собственность Кемпбеллу Финлэю [276]. Конфискованные по законам военного времени 520 складов, 535 железнодорожных вагонов-цистерн, четыре баржи и 1 102 транспортных средства легли в основу известной ныне «British Petroleum» [102], в то время называвшейся ещё «Anglo-Persian Oil Со.». Последняя установила контроль над сбытовой сетью Европейского нефтяного союза [116] и намеревалась осваивать нефтяные ближневосточные концессии, которые ранее Османская империя предоставляла «Deutsche Bank» и «Turkish Petroleum Gesellschaft». Теперь же в качестве версальского приза 75 % всех ближневосточных концессий осваивали «Anglo-Persian Oil Со.» и «Royal Dutch Shell».