Подернутые влагой тёмные глаза засветились, и она кинулась возлюбленному на шею, счастливо улыбаясь.
– Я так тобой горжусь, так сильно, – шептала она. – Ангелы, – она резко отстранилась, и в её глазах Саймон отчетливо видел ужас. – Алек, наверное, с ума сходит. Ты сказал ему? Он знает?
Саймон помотал головой.
– Алека выпроводили, как только началось всё это. Когда я вышел из палаты, его уже не было здесь.
– Наверное, он с Джейсом. Джем влетел ко мне и сказал, что Магнус не выжил, и я пришла сюда, чтобы узнать. Чёрт! – выкрикнула Иззи. – Он точно не знает. Идём!
Она потянула возлюбленного за руку, игнорируя то, что тот был до сих пор одет в форму.
***
Карие глаза Раджа казались стеклянными, и их взгляд был направлен прямо на Алека. Дыра во лбу была идеально круглой, и тонкая ниточка крови, тянущаяся вниз, казалась чёрной в тусклом освещении камеры. Кровавая лужа была небольшой, она ещё не успела растечься по полу, и от этого вида кровь стыла в жилах.
Охотник не знал, сколько прошло времени, пока он сидел тут, облокотившись спиной о стену и притянув колени к подбородку. Он боялся пошевелиться, словно всего одно движение способно вернуть его в реальный мир. Мир, в котором больше нигде нет Магнуса.
В голове стояла звенящая тишина, мысли боялись вылезать из потаенных уголков. Грудную клетку сковало льдом. Кто-то потряс его за плечо, и Лайтвуд поднял голубые глаза вверх.
На него смотрели золотистые глаза друга.
– Алек, мне жаль…
Он снова опустил голову вниз, и осознание нахлынуло на него, заставляя тело содрогаться. Он только сейчас ощутил обжигающую влагу на щеках. Боль в грудной клетке прорвала ледяную корку, горячим пламенем испепеляя сердце, заставляя его гореть в адской агонии. Руки тряслись крупной дрожью.
– Алек, – чужие ладони притянули его в объятия, и он схватился за плечи Джейса, как утопающий хватается за спасательный круг. – Мы с этим справимся, – пообещал тот. – Я и ты, как в старые добрые времена.
Алек задыхался, всхлипы вырывались наружу, не пропуская воздух в лёгкие. Сердце тарабанило в груди, крича о помощи, но теперь он был так же мертв внутри, как до встречи с Магнусом.
Коридоры сменяли друг друга, и ноги стали словно ватными. Он шёл на них, негнущихся, опираясь на плечо Джейса, и пустым взглядом смотрел в одну точку перед собой. Мимо проходили жители Цитадели и смотрели на него осторожно, словно боясь ненароком вывести его из этого транса.
Перед глазами кадром из фильма зависло выражение лица Магнуса, такое спокойное, умиротворенное, такое же, каким оно было во сне. Во время нахождения его в объятиях Алека. Смуглое, гладкое и с такой нежной кожей. Тонкие губы, короткие, но густые ресницы. Небольшой нос, кончик которого настолько аккуратный, что охотник еле удерживал себя от того, чтобы пройтись по нему зубами.
Звук открывающегося замка пронёсся по коридору, и Алек лишился дыхания, стальной обруч вновь сдавил грудь. Эта комната… Алек осматривал её со всей тщательностью, пытаясь зацепиться взглядом за что-нибудь знакомое, что-нибудь родное, что-нибудь, связанное с Магнусом.
Но в шкафу теперь лежали новые вещи, которые не хранили на себе его запах, как и простыни на кровати. Всё было новым, чистым и даже стерильным и не имело души. Алек судорожно вдохнул полной грудью, стараясь унять зарождающуюся дрожь. Здесь не было никакого следа Магнуса, у Алека не осталось ничего в память о нём. Кроме огромной дыры в районе солнечного сплетения.
Он обвёл комнату взглядом несколько раз перед тем, как повернуться к другу.
– Не могу здесь быть.
Джейс кивнул.
– Ты можешь остаться в моей комнате.
Алек помотал головой.
– Я хочу к нему, – прохрипел он.
– Алек, я не думаю, что сейчас нас пустят ту…
– Пожалуйста, – первая слеза скатилась по щеке. – Мне нужно это. Очень.
Его голос дрожал от душивших горло слёз, и он уже не пытался скрыть то, как трясутся его руки.
– Хорошо, – согласился Эрондейл. – Но я буду рядом с тобой.
Охотник кивнул, и они вдвоём направились в лазарет.
***
Алина махнула рукой на сердитое выражение лица Джема и опрокинула в себя вторую кружку эля, жадными глотками опустошая её, пока не увидела дно.
– Каждый переживает горе по-своему, – объяснила она, вытирая влажные губы о рукав куртки.
– Тебе Магнус даже не нравился, – кинула обвинительно Тесса, сильнее прижимаясь к груди мужа. – Какое горе ты можешь испытывать?
Алина пожала плечами и наполнила кружку до краев.
– Да, он не входил в мой список доверия. Но было в нём что-то… – она пощёлкала пальцами, пытаясь подобрать подходящее слово, – что-то… ай, забейте! – сделала большой глоток. – Теперь нам надо подумать, возможно ли вытащить Алека из всего этого дерьма. Говорила же, что ничего хорошего из этого не получится! Эх, Алек… Лучше бы ему вообще никогда не встречать этого солдафона Идриса, меньше проблем.
– Не смей так говорить! – вскричала Тесса.
