– Нет. – Нахмурился. – Если ты не солгал, и Учитель только вчера провёл твою инициацию, то у тебя должен быть невероятно слабый Омний, но при этом, сильный Нерум. Как показала практика, это действительно так. С помощью стальной воли, тебе удалось сжать ману до немыслимого уровня. Я даже никогда не слышал, чтобы она становилась чёрной…
– Потому-что, кхе!.. – Влез в разговор бледный Корум, – Потому-что такая плотность, нахрен никому не нужна. Что с ней делать? Заклинания будут нестабильными, её сложно контролировать… кх-кх… наверное, сильно бьёт по мозгам, да и энергоканалы сразу лопнут. Тебе ещё повезло, идиота кусок, что Омний такой слабый и ты не смог создать ещё больше маны. А, да, и ещё кое-что – спасибо.
– Всегда пожалуйста, – на лицо выползла улыбка. – Что-ж… ты в начале похода просил меня не стесняться, если в сражении выпадут твои кишки или мужское достоинство. Первое ты уже продемонстрировал. Еадеюсь, до второго не дойдёт.
– Кх-кхх!!! Говнюк! Кх!.. – Глухо засмеялся Корум. Шутка банальная, глупая, но для разрядки, самое оно.
– В любом случае, Кайтлан, – Костяк остался спокоен и продолжил серьёзным тоном, – о твоём контроле я обязательно сообщу Учителю. Скорее всего, понадобится отдельный комплекс тренировок. Ты можешь описать, что чувствовал в тот момент?.. Извини за вопрос, понимаю, что это личное, но…
– Да без проблем. – Мне не было дела до местных правил этикета. – Я чувствовал апатию, слабость и ужасную лень. Не хотел жить, двигаться, даже дышать.
– Интересно. – Задумчиво помассировал сломанную руку. Казалось, будто она вообще не доставляет ему дискомфорта. По крайней мере, Костяк ни разу не поморщился, даже когда тащил на себе своего друга и взбирался с ним на дерево. – Спасибо за откровенность. А теперь, всем спать. Я заступлю на первое дежурство.
– Э, командор… кх-кх… ты наш недодела… ай! – Укол коричневой ампулы.
– Молчать. И спать.
Не желая наступать на те же грабли что и Корум, я решил не перечить строгому командиру и завалился на боковую. К тому-же, нужно было разобраться с наградами Системы, и кое-что проверить… я догадывался, откуда доносился этот шёпот.
«Домен»
Примечание:
Коротко о ранениях:
Сонная артерия у Ищейки не повреждена. Порваны лимфоузлы, гортань и мягкие ткани.
Брюшина (то, что держит все органы брюшной полости) Корума тоже не задета, только распорота тонкая кишка, но с его навыками и медикаментами, это не смертельная рана.
У Костяка несколько переломов, сломанные рёбра, отбитые органы, множество мелких ранений. Держится на химии. У его подруги (Мирины), примерно та же ситуация, разве что есть ещё диагональный глубокий порез на всё лицо (задеты губы, щека и скула).
Глава одиннадцатая:
Чудовищное задание.
Часть вторая.
Домен
То же время
С прошлого посещения, Домен практически не изменился:
В клубящейся пустоте парил островок суши, на нём стоял Я, а рядом со мной, маленький покосившийся домик. Деревянный, старенький, с заколоченными окнами и запертой дверью.
С правой стороны от дома, цвела зелёная роща. Она чем-то напоминала мой родной ботанический сад. А ещё, на самой границе территории, из-под земли бил родник. Вода в нём искрилась, бурлила, переливалась оттенками синнего цвета, и выглядела сколь притягательно, столь же и подозрительно.
Единственное изменение, что сразу бросилось в глаза, так это пурпурный барьер – он в упор приблизился к земле. За его мембраной скрывались лица, и они стали отчётливей… я даже чувствовал на себе их взгляд. Он не сулил мне ничего хорошего.
– Заткнитесь. – Вокруг стоял гул из уже знакомого шёпота, – Очевидно, что это случилось после сражения. Вы поглотили все эмоции и помогли с концентрацией, но взамен, усилили своё влияние.
Скверная ситуация. Использовать местную ману придётся в любом случае, но без должного обучения, я постоянно буду терять контроль и ошибаться. От подобной халатности, барьер рано или поздно лопнет, а вместе с ним, подсознание превратится в свалку из случайных воспоминаний и стёртых личностей.
– Я действительно стану тысячелетним стариком. Но… – Медленно подхожу к самой границе моих скромных владений. Остаётся лишь шаг, а дальше обрыв. Сквозь мутную плёнку проглядывает хмурое лицо какого-то старца. Он кривится, что-то говорит, но отдельных слов не разобрать. – Истинного бессмертия не существует, и моё место займёт не великий мудрец с огромным опытом, а обычный псих.
Внезапно, старик дёрнулся и со всей силы приложился к барьеру. Он мимикой указывал мне за спину и шипел. Не желая лишний раз подавлять любопытство, я быстро оглянулся, не заметил никакой угрозы и повернулся обратно.
Аккурат к моменту, когда старик уже начал исчезать:
На его лице читалось страдание, оно медленно растворялось в дымке, раздваивалось и превращалось в какую-то уродливую тварь. Но до самого конца, до последней секунды своего фантомного существования, странная тень моего прошлого, пыталась что-то сказать, предупредить.
